Тёмные пути орбиты

Остановил же шестерых бойцов неожиданный, даже невероятный момент: «их» белоплащик, последовавший за ними, едва влетев в шлюп, вручную закрыл дверь – за собой! Даже не взглянув на людей и оборотней, которых оставлял на верную смерть!

Пронзительный волчий вой прорвал даже продолжающийся рёв сирен. Илва стояла, пошатываясь под весом Клемана, смотрела на шлюп и плакала, посылая в глухую мглу отчаянный крик и забыв, что не обернулась в волчью ипостась. Крис и Ева переглянулись.

- Сможешь докричаться до Остарджи? – бесстрастно спросил Крис, поправив наушник.

- Он без сознания, - сквозь зубы процедила она.

- А ты… - глухо начал он и тут же покачал головой. – Ты помогла им…

Да, именно что. Помогла расчистить путь для шлюпа-перевозчика, после чего белоплащики хладнокровно оставили их… Она поняла, что повторяет про себя одно и то же: «Оставили… Оставили…» В душе – ни единого чувства. Опустошение. Как будто внутри сожгли всё дотла.

Она вспомнила, как осторожно тянула руку прикоснуться к Заветному камню ангелов. Как, дотронувшись до него, не отдёрнула ладонь, как ожидали все, кто заметил почти кощунственный жест в главном храме ангелов-хранителей… Вспомнила – и сила камня вскипела в её жилах, наполняя новой мощью взамен потраченной на время помощи тем, кто в ней нуждался. Ева, бережно опустив в пыль безучастного из-за безнадёги Рууда, сжала кулак и вытянула руку вслед уже пропавшему в бегучих облаках шлюпу.

- Я проклинаю тех, кто бросил беспомощных! Я проклинаю позорной смертью тех, кто совершил предательство! Если только они не вернутся… Если они не вернутся!..

Проклятие ангелов вызовет в белоплащиках чувство стыда. Должно вызвать… Если это чувство перевесит их же чувство самосохранения, они прилетят назад. А если не прилетят – проклятие останется на них в виде клейма, которое увидят на них ангелы-хранители. Эти молчать не будут, хотя сами эльфы совершённое предательство предательством не считают.

На посланное к шлюпу проклятие Ева потратила всю мощь, которую ей дало воспоминание о Заветном камне, – то есть последний резерв для последних минут жизни. Крис смотрел в небо – туда, где скрылся в облаках шлюп-перевозчик. Поэтому не видел, как Ева пошатнулась от слабости, но, переступив, вновь утвердилась на ногах.