Эдлисс. Инициация

Походить по таким ресторанчикам и просто закусочные посетить. 

— Ах, сколько чудных открытий готовит нам… — пропел я.

Так, похоже, вино начало действовать — проснулась хмельная веселость. Сколько в нем градусов?Двадцать, что ли? Как-то быстро захмелел. Ага, и буду я ходить и петь песни в неизвестном мне мире, рассказывать, что вы все дно, а у нас есть тачки. Ну, это такие железные повозки, а вы тут на телегах катаетесь.

А в этом мире есть психушка? Ага, конечно есть — казематы называется, хе-хе.

Так, хватит, вино больше не пью. Ничего, еще дел много. Пойдем от греха винного подальше.

Пробираясь через уже безразличные ароматы пирожков, жареного мяса и неизвестных мне фруктов, взглядом наткнулся на странно темную лавку. Она стоит чуть отдаленно от остальных, какая-то мрачная, что ли? Если обычные лавки как бы залиты светом солнца, товар блестит и сияет под его лучами, то здесь лучи солнца будто поглощаются. 

Неспроста это, нужно посмотреть, что внутри.

Бояться, думаю, нечего: раз этот темный домик на рынке — значит, там тоже чем-то торгуют. Вот только чем? И самое интересное, что эта лавка сделана как домик, нежели остальные. Мол, товар специфичен, и не каждый готов на него глазеть. Интересненько.

Входная дверь нещадно заскрипела, оповестив всех в округе, что я сюда вошел. Никакого колокольчика не нужно: хочешь не хочешь — проснешься от такого раздражающего звука.

Меня встретила небольшая комната с П-образным столом, что разделял покупателя от товаров.

И посмотреть было на что: баночки, в которых плавает что-то отвратительное, корешки, порошочки; два шкафа ветхих книг, а на прилавке в небольших коробочках с прозрачной крышкой находились амулеты, кольца и пара вычурных кинжалов. Привлекла отдельная полка со странными камнями разных размеров и цветов: маленькие излучали мягкий свет, большие же пульсировали еле заметным светом.

Ясно, лавка алхимика или просто мага.

Все равно это довольно интересно. Может, что полезное прикуплю? Свиток Армагеддона там или портала, например.

Подсобное помещение от прилавка отделено плотной тканью. Стоило мне положить руки на прилавок, как из подсобки появился сухой старик.

Тщедушное тело закутано в рваные тряпки, и я бы посчитал его бездомным, что по чистой случайности забрел в эту лавку,если бы не одно «но»: на рваной одежде, переливаясь всеми цветами радуги, виднелись странные знаки.