Звездный легион смерти. Пленных не брать!

– Ничего не замечаете?

– Нет. А что я должен заметить? – В голосе господина Ван Ло не ощущалось ничего, кроме недоумения. Конечно, зачем уважаемому коммерсанту разбираться в тонкостях различий убийственной техники? Для этого существуют инженеры… И Мудрец.

– Походка. – Сказано это было таким тоном, что как минимум подразумевал крупное открытие или победу. – Она отличается от остальных роботов, чуть-чуть, но отличается. Так же, как бег живого жука от бега механического. Даже если внешне они одинаковы, всегда можно определить, где живое насекомое, а где подделка под него.

Посмотрите еще раз.

На экране тот самый робот снова вышел из темноты трюма, спустился по пандусу и прошел к камере. Теперь Ван Ло знал, на что смотреть. Моторика движений боевой машины действительно отличалась от походки «Грифа» и «Шершня», идущих рядом в кадре. «Сапсан» шел плавно, его рубка не раскачивалась и не ходила вверх-вниз, как у остальных. Перемещение происходило ровно, как по ниточке, из-за чего походка робота действительно напоминала человеческую.

– Нечто подобное я видел только один раз, три с половиной года назад. На Мире Наемников. Если вы не против, мой господин, я покажу вам кусочек еще одной записи.

На экране опять возник космопорт, но уже другой. Если на предыдущем царил холод, то тут даже на первый взгляд ощущалось царство жары. Несколько шаттлов стояли рядом, по открытой аппарели в ближайший из них – «Единство» – по одному заходили роботы. Запись оказалась значительно хуже предыдущей: изображение не такое четкое и постоянно дергающееся, как это бывает при съемке с рук.

Однако детали были вполне различимы. Вот в трюм заходит «Ревун», за ним идет «Рапира», потом «Каракурт», потом такой знакомой походкой зашел «Сапсан». На всех одна эмблема – черный паук.

– Эту запись я сделал на Мире Наемников, в день отлета «Эскадрона смерти». Это их шаттл и их роботы.

– Ты хочешь сказать…

– Да, мой господин. Мы обнаружили пропавших наемников. Позвольте мне продолжить?

Ван Ло кивнул.

Чуть более поспешно, чем привык, совершенно того не заметив. Теперь он слушал и смотрел еще внимательней.

– Я загнал все записи по «Эскадрону смерти» в компьютер и провел кое-какие сравнения. И вот что получилось в результате: каждый робот после определенного срока службы начинает приобретать индивидуальные черты, и чем дольше он находится в эксплуатации, тем их больше. Появляется то, что пилоты называют характером машины.