Семь Стражей Сириллы. Горящая кровь.

Что я могу предложить? В сущности, пока только рабочие руки. Могу копать, могу делать разного рода черную работу, только без всяких педерастических дел, — при этом бродяга странно покосился в сторону Кольвиниуса, молодого мага, который стоял рядом и весьма скептически его рассматривал. — Но лучше всего могу выполнять всякого рода деликатные, кгм... поручения. Понимаете, о чем я?

— Догадываюсь, — сказал Андрей. — Вопрос к тебе будет такой же, как и к предыдущему господину — почему я? Почему бы тебе просто не наняться матросом на любое судно?

Борх ничуть не смутился и ответил прямо:

— Вы, наверное, не знакомы с местными капитанами.

Во-первых, матросов у них и так обычно хватает. На торговых судах. А на военный корабль меня если и возьмут, то только в качестве раба. Во-вторых, шкиперы не очень-то любят иметь дела с такими как я.

Похоже, этого человека в жизни мало что могло смутить. Слегка раздражала его развязная манера общения. Андрей нахмурился, но тут вмешалась Ио, которая быстро прощебетала что-то вроде "дорогой, можно я только уточню?" и тут же спросила, даже не дожидаясь ответа Андрея:

— Я, конечно, могу ошибаться, но не идет ли в данном случае речь о Ночном Братстве?

— Посмотри, — жарко зашептал в ухо Кольвиниус, — вон, на тыльной стороне предплечья у него татуировка фрины, хищного ночного паука.

Да и имя у него странное, это вообще не имя, а прозвище, означает "зуб" на вентгэльском диалекте.

Андрей пригляделся, действительно через грязь на руке Борха проступал небольшой рисунок какого-то мерзкого насекомого.

Кажется, его хотели предупредить, что он имеет дело с каким-то вором или бандитом. В то же время этот человек ему чем-то неуловимо нравился. Борх поклонился (довольно изящно) и произнес:

— Уважаемая шаманка, я не могу ответить на ваш вопрос, вы, наверное, понимаете почему. Но не в моих правилах навязываться, просто скажите "нет", — он многозначительно взглянул на Андрея, — и тогда мы разойдемся словно корабли на встречных курсах.

Андрей задумался. С одной стороны, только связей с криминалом ему сейчас и не хватало, для полного счастья. С другой стороны, Борх был не так прост, как могло показаться на первый взгляд. Он был весьма наблюдателен, чего стоило одно его упоминание о бойцовской походке. Осанка и выражение глаз выдавали в нем далеко не простолюдина, каким он мог с успехом казаться многим. Еще у него были примечательные руки, а точнее пальцы.