Физик: Тёмные тропы

– Ему это угодно, – старший инквизитор, склонив голову набок, нежно касался пальцами грязной тряпки, и ткань под ладонью инквизитора едва шевельнулась, будто отвечая на ласки старческих пальцев. – Ведь для него вы все равны. Он видит только ваши души. Он чувствует каждую из них и предвкушает встречи с ними. А заботу о вашей плоти возьмут на себя Его слуги.

Фарфоровая личина покрылась сетью мелких трещин, и Золен Рейнс рассмеялся диким, безумным смехом. Люди зажимали ладонями уши и съёживались в страхе, пытаясь защититься от слишком громкого, нечеловеческого хохота.

Несколько человек попадали на каменную брусчатку, крича и катаясь по ней из стороны в сторону.

– Вы стоите на пороге эпохального события, – смех старшего инквизитора оборвался столь же внезапно, как и начался. – Создатель бросил нас на произвол судьбы, заставив слепо тыкаться из угла в угол в поисках верного пути, подобно слепым котятам. Но люди не способны сами избрать свою судьбу. Любое решение будет провальным и катастрофичным по своим последствиям.

К счастью, нашлась сила, способная руководить нашим стадом и привести его в светлое будущее. Эта сила проявила благодушие и согласилась взять нас под свою отеческую опеку.

Золен Рейнс замолчал и исподлобья посмотрел на свою паству. С каждым произнесённым словом трещины на его лице становились глубже и темнее. Из них начала сочиться та же тёмно-красная жидкость, что изначально неспешно капала из уголков его чёрных глаз. К концу монолога его лицо представляло из себя сплошную маску из вязкой гнилой крови.

– Сегодня княжество Тай шагнёт в его объятья, – тихо произнёс инквизитор, но его услышали все собравшиеся. – Оно признает над собой власть Жнеца. Я всё сказал.

Лязгнул металл, и за спинами горожан с грохотом рухнула толстая стальная решетка, лишая их возможности выбраться из крепости через единственный существующий выход.

Из тёмного зёва храма, сильно припадая на одну ногу, медленно вышла широкоплечая, но перекошенная фигура в рясе.

– Август! – Золен медленно обвёл взглядом ничего не понимающих жителей города и остановил его на побледневшем торговце рыбой.

– Пора начинать. Хозяин не любит промедления. Проповеднику нужен голос. Вон тот подойдёт.

Дорин внезапно понял, что ему пришёл конец. Он это чётко осознал в тот момент, когда палец окровавленного инквизитора указал точно на него.

– Ну, здравствуй, Дорин, – полный веселья и задора голос раздался в голове торговца рыбой. – Надеюсь, ты помнишь меня? Брось.