Во имя душ!

И ведь догадался спросить Рокайю…

Это что же получается, даже поцелуи… помять грудь и задницу моветон? Полнейший беспредел, я считаю! Традиционализм в самом плохом смысле!

В кой-то веке раз возникла потребность, и такой облом…

***

На рассвете пришло время прощаться. Я угрюмо попросил у шаманки обойтись без масштабных проводов. Она передала мне шкатулку, где, по ее словам, и находился долг для ведьмы Морены.

Нахрапистым методом вскрыть шкатулку я не смог, видимо, как и сказала Морена, открыть шкатулку будет способна только она.

Интересно и другое — шкатулка не убиралась в мой пространственный вещмешок. А значит сама могла являться пространственным артефактом! Непривычно ощущать дополнительных груз за плечами. В отличие от болтающегося вдоль тела вещмешка, заколдованная шкатулка имела вес килограмма два!

Всю дорогу до края деревни я ощущал легкое чувство неудовлетворенности. А не надула ли шаманка меня часом? Почему я не догадался спросить про тот обычай еще кого-нибудь, так, чисто для справки? Может была возможность покувыркаться с парочкой орчанок без драматических последствий?

Пришлось полночи глотать слюну и прятать бугорок в штанах! Я бросил косой взгляд в спину шаманки, которая чрезвычайно бодрым для женщины ее возраста шагом сопровождала меня до края деревни.

— Не стоит сверлить спину старой женщине, Дэдвин, — не оборачиваясь, хрипло рассмеялась Рокайя, будто угадывая мои мысли. — Сказана была чистая правда! И эта женщина рада, что Дэдвин не пошел на поводу у чувств и проявил чуткость к судьбе молодых ростков племени! Возможно в следующую нашу встречу она подскажет парочку способов, как можно обойти обычай! Передаст мудрость старшего поколения!

Мля-я… Я едва не хлопнул себя по лбу от пришедшего понимания! Неужели было достаточно просто тихо и незаметно уединиться, чтобы просто никто об этом не узнал?.

С другой стороны — сделать это без ведома шаманки или ее попустительства, мне кажется, было нереально! Я прямо представил: три разгоряченных голых тела, невидимый дух бабочки садится на голову одному из них прямо за миг до страстного соития… После чего голосом шаманки напоминает об обычае и последствиях.

Я впервые понял присказку о том, что такое одновременно и плакать, и смеяться!

По-видимому, мы наконец добрались до того места, который можно считать краем деревни. Обернувшись, шаманка с теплотой посмотрела на меня и протянула мне какой-то предмет.