Кенши и проклятая катана

Мальчик заметил, что удочка, которой он должен был ловить рыбу, была привязана к его правой руке.

— Ты меня привязал к удочке? — удивленным тоном голоса спросил Кенши.

— Да, чтобы удочка не утонула после того, как ты заснёшь, — радостно ответил отец, улыбаясь.

После рыбалки, они приплыли к берегу, оставив лодку привязанной к забору, который стоял около хвойного дерева. Отец взял ведро с рыбой, а Кенши взял своё пустое, и они пошли через лес домой. Вдруг по пути юноша заметил, что на корах деревье какие-то странные оставленные царапины.

Отец тоже на это обратил внимание.

— Хм… Странно, откуда эти царапины? — задумался отец, — В лесу нет диких животных.

Кенши остановился смотря в кусты. Он увидел, как чей-то ботинок высовывался из куста.

— Пап..? — подавленно произнес он. Отец поставил ведро и подошёл к кусту, после чего он пошёл дальше, сквозь растения.

— Папа! Ты куда? Стой! — взволнованно кричал Кенши, и пошёл за отцом в кусты. Он отодвинул ветки и увидел, как отец стоял и смотрел на что-то.

После этого Кенши отвел взгляд ниже и увидел лежащего человека, у которого был нож в спине. Глаза ребенка расширились от увиденного ужаса, как вдруг отец сказал:

— Кенши… Здесь девочка…

Отец отошел в сторону, и перед глазами Кенши открылась светловолосая девочка, которая прижалась к дереву от страха. Она будто потеряла дар речи, глаза её были полны страха…”

Начался обряд посвящения. Напуганные и не серьёзно настроенные Кенши и Кэти, которые были одеты в белое кимоно, стояли напротив Орочимару.

В зале посвящения по бокам стояли люди в чёрных кимоно и в масках. Кай, двое мужчин и женщина стояли позади Орочимару, который был одет лишь в чёрные штаны. Его тело было всё татуировано всякими знаками и иероглифами. Единственное, что было понятно, это красное солнце на груди, в центре которого был чёрный дракон. Также, на шее вырисовывалась змея, которая проходила по всему телу. Всё помещение было в сером дыму, пахло свечами.

— Начинается обряд посвящения вас в семью. Кобун Кенши, приёмный ребенок, поцелуй мою руку и прими меня, как своего оябуну, приёмного отца, — говорил Орочимару, протягивая правую руку. Кенши был раздражен этому, и не хотел делать этого. Его лицо явно дало всем понять, что он настроен против якудзы. Юноша закрыл глаза и встал на колено, он через силу поцеловал руку своего нового отца. Кенши обратно встал, а Орочимару перевел взгляд на Кэти.