Валерсия

Шатаясь, Трэн последовал его примеру и через минуту они уже скользили вниз, в логово мрачной неизвестности.

Этот спуск казался бесконечным, несколько раз Факиру приходилось удлинять призванные стебли, влажные и скользкие от попадающего сюда дождя. Удержаться на них было очень трудно, мышцы работали на пределе и все силы практически уходили на это занятие. Когда же они смогли достигнуть «дна», то тьма там оказалась абсолютной. В ней ощущался стойкий запах хлора и гниющей плоти. А под ногами, что то скверно захрустело.

-«Озари мой путь, Повелитель небес»! – Выставив вперед посох, произнес Трэн и серебристое сияние окутало пещеру.

-Это, кости… - Тут же воскликнул Факир, смешав в этой фразе весь оттенок чувств, способных описать отвращение.

-Разве твой батя не имеет подобного склепа? Или…ммм…обеденного стола? – А вот Трэн оказался совершенно спокойный от увиденного, словно ничего иного он и не ожидал тут найти. После того как здесь стало светло он уверенно зашагал в только ему ведомое направление, не обращая ровным счетом никакого внимания на отвратительно-омерзительный хруст под ногами и чавканье.

-Нет! Что ты!!!! Он никогда бы… Он не такой!!! Есть людей, да это каннибализмом пахнет. – Упорно защищал отца юноша, тем не менее прокручивая в голове воспоминания о каждом уголке замка, где провел детство и к своему облегчению не вспоминая там ничего даже отдаленно похожего на «это».

-О каком каннибализме речь? – здесь всюду чувствовался чей то пристальный взгляд и Трэн непринужденно болтая со своим спутником, был на стороже, ожидая нападения с минуты на минуту.

-Твой батя ведь ящерка…

-ДРАКОН!!! – Вскрикнул оскорблённый дворянский отпрыск. – Дракон он. Только мы все родились людьми, поэтому и считаем это каннибализмом.

-Ты, может и считаешь, зачем говоришь за других. – Практически смеясь продолжал он нервировать Факира, пробираясь в глубь мрачной пещеры, уходящей вперед длинным коридором, по-прежнему усеянным костями.

-Ты все же глупый и безродный простолюдин, что тебе объяснять простую моральную этику.

Серебристый свет посоха выхватил из тьмы несколько движущихся мертвецов с полуразложившейся, полусъеденной плотью. Из под висящих местами обрывок одежды тек гной с трупным ядом превратившейся в него крови.

-Порубишь их? – Голос у Трэна все так же казался веселым. – Ты же не боишься нежити, насколько я помню.