Алистер: Крысиные бега

— Да вроде, ничего такого, — говорит Аммон, чуть ли не вплотную приближая своё лицо к каждой. Я видел краем глаза Джиллиана, что всё ещё метался по комнате, не приближаясь к нам. Интересно, когда он уже успокоится?

«Семь, семь… Что же это было?» — именно эта деталь насторожила меня больше, чем остальное, заставив вспомнить всё, что связано с цифрами. И тут я вздрогнул, когда в голове мелькнуло уже полностью забытое воспоминание из прошлой жизни, связанное с моей бывшей девушкой увлекающейся нумерологией.

— Боже, ну ты и дурак, — смеялась красивая рыжеволосая девушка, придвигая ко мне карты, которые с недавнего времени постоянно носила с собой.

И нет, это не были игральные карты, а карты таро… — Ты ведь родился седьмого числа, поэтому люди и испытывают к тебе такую симпатию.

— С чего ты это взяла? Я вообще-то человек хороший, — ухмыльнулся я, но девушка покачала головой.

— Нет, глупыш, — смеётся она. — Ты знал, что с древности люди испытывали симпатию к этой цифре. Семь чудес света. В Ветхом Завете мир был сотворён за шесть дней, а бог почил на седьмой, создав основу недели, которую мы используем и по сей день.

А в Новом Завете число семь используется, как символ четырёх сторон света и Святой Троицы.

— И всё? — хохочу я громко, привлекая внимание других посетителей кафе, где мы расположились с моей девушкой.

— Да нет же! — гневно хмурит брови она. — Семёрка фигурирует и в Книге Откровений. Семь Церквей. Семь ангелов, семь печатей, семь труб и семь звёзд. Да во всех религиях используется семёрка.

— Ну, я и знал, что у тебя есть на то объяснение, — усмехнулся я, и девушка ударила меня ладонью по плечу.

— Ты должен больше уважать символику этого числа, особенно, когда оно связано с тобой. А вот посмотри, что говорят карты таро о тебе, — она разложила карты передо мной на столе, и я принялся изучать их значения.

Но я не поверил ни единому её слову.

— Фигня, — говорю я, порождая новую порцию негодования.

— Да ты задолбал!

Она взмахивает стопкой карт, а из неё прямо перед моим носом падает карта с изображением света.

— Видишь? Даже карты говорят правду, — задирает она нос, а я лишь фыркаю на подобное, — Магия этой цифры необъяснима.

— Хорошо, дорогая, но тогда, пусть мне скажут карты, почему существует симпатична-а-ая, — тяну я, — семёрка, что влечёт меня больше. Особенно сейчас.

— О чём ты? — спросила она, но карты начала мешать ещё в начале моей просьбы. Резко из её рук вылетает карта, падая рядом с первой. — Боже… Дьявол.