Fallout Equestria: Синяя молния

– Это наш лес, – ответил грубым голосом коричневый земнопони. Стоял он, чуть развернувшись, чтобы обе винтовки, закреплённые на его седле, смотрели на свои цели: одна – на испуганных зверят, другая – на Космик. – Вам здесь не место. Теперь это владения Красного Глаза. И вы, – он с прищуром посмотрел на кобылу, – представляете угрозу. А угроза, – он усмехнулся, – должна быть ликвидирована.

– Это же неправильно! – завопила крольчиха, топнув ножкой. Из распахнутых больших глаз брызнула влага. – Никто не должен причинять другому зло! Мы живём не для этого! Мы все – и ты тоже!

Внимание кобылы привлекло странное желтоватое сияние, внезапно пробившееся сквозь материал седельной сумки.

Подпрыгнув, Космик посмотрела в образовавшуюся на миг щель на свою поклажу, чтобы понять – что же, параспрайт задери, это такое.

Светилась статуэтка Флаттершай – жёлтой пегаски с тремя бабочками на кьютимарке. Элемент Доброты, память о котором была заключена в маленькую фигурку.

– Разве?! – жеребец с боевым седлом заржал.

– Да вся эта грёбаная Пустошь живёт по одним и тем же законам! С чего бы мне делать исключение вам?

– Уходи, – процедила Космик. – Убирай оружие и уходи. И дружкам своим скажи, чтобы прекратили. Пусть жгут что хотят… главное – не нас. И никого другого.

– Ха! Да чтоб я аликорном стал!..

Он зажал зубами управляющие винтовками тросы.

Язык Космик напрягся на спусковом крючке.

Пусть только попробует выстрелить!..

Вдруг из-под земли прямо у жеребца под ногами вырвались гибкие голубоватые лозы и – ни он, ни Космик даже не успели ничего сообразить – плотно обвили его до всех четырёх колен.

Коричневый земнопони дёрнулся, чтобы освободиться, но тщетно. Растение держало его очень крепко.

А затем произошло… нечто.

Изо лба противника выскочила кость, устремившись вверх заострённым краем. Из раны хлынула кровь, заливая жеребцу глаза. А на его спине разом оторвались и тут же взметнулись в воздух большие лоскуты кожи, на которых снизу стал нарастать костяной каркас.

Рот пони исказился в беззвучном крике.

Но воплям боли не было суждено прозвучать.

Ибо жеребец был уже мёртв.

Космик едва не блеванула, поняв, что сделала с их врагом убийственная шутка.

Он и вправду стал аликорном. Но – лишь технически, внешне, формально. Рогом явно стал верхний конец позвоночника, пронзивший мозг насквозь и вышедший изо лба. А кожа со спины превратилась в импровизированные крылья.

Однако ни взлететь, ни сколдовать заклинание коричневый земнопони не мог.