Комбо-Психо. Книга 1

Впрочем, он бы и Бафомета не попросил вступиться за мир и уж тем более не произнёс что-то в смысле: “Я предпочту тебя, как меньшее из зол”.

Всё-таки Величайший из великих был неисправимым идеалистом. Отчасти именно поэтому именно его и выбрали боги в качестве своего помазанника. И чтобы такой как он почти прямым текстом предложил мне власть над миром в обмен на его спасение? Ещё раз: “М-да”.

Бафомет бы отказался не раздумывая.

Агур многого не знал, у него в арсенале были заклинания, что позволили бы мне неплохо себя чувствовать даже после того, как этот мир будет уничтожен, главное было успеть стать достаточно сильным.

А я…

Скажем так, и перспектива спасти этот мир, став его героем, и перспектива поработить его, обратив в полигон для своих экспериментов – оба этих варианта казались привлекательными. Тем более если сам царь мудрости давал мне добро.

И как после такого не вступиться за человечество?

Вздохнув, я встал и отряхнул колени, после чего потухшая было печать над книгой вспыхнула с новой силой.

И эта теория на самом деле была куда логичнее, чем могло показаться на первый взгляд. Иначе для Агура куда проще было бы отправить сообщение об угрозе напрямую высшим инстанциям. К тому же, что удивительно, Лемегетон предназначался не для “достойного представителя человечества”, а лично для Бафомета.

Забавно было осознавать, что своему величайшему врагу Агур доверял больше, чем старейшинам Башни и правительству Вирсавской империи. Хотя, с другой стороны, величайший враг царя мудрости когда-то был его же лучшим другом.

Впрочем, пока что думать о спасении или порабощении человечества было слишком рано. У меня был всего лишь второй круг маны – смешная сила, с которой я был почти ни на что не способен. Так что торопиться вершить столь великие деяния не стоило.

И для начала можно было сделать кое-что чуть менее значимое.

Следующая остановка – жилое крыло, студенческое общежитие.

Комнату, в которой жили Карл и пара его прихлебателей, я мог бы найти даже с закрытыми глазами. Подойдя к двери, я чиркнул зажигалкой, крышке которой уже вернул нормальную форму, и запустил в замочную скважину крошечную огненную искорку. Нужно было разведать обстановку.

Троица лежала в своих постелях, в отрубе после пьянки.