Схрон. Дневник выживальщика. Книга 4

– Вот, смотри, как нужно правильно рыбу держать… кстати, Татьяна!

– А меня зовут Алек… тьфу ты, Аркадий!

– Какое смешное имя!

После подсказок Татьяны дело пошло, куда ловчее. Не знаю, сделал ли я норму, но лысый сатрап, когда сунул морду в лоток, ничего не сказал.

Я понял, наконец, что меня в ней привлекало.

– А где твой куар, Таня? – спросил я.

– Я против этих меток! – резко дернув ножом, крикнула она. – Они, как фашисты! Разделяют людей! Ставят всем на лоб эти кукукоды, фу! А кто не согласен, тех травят, преследуют, отправляют на Арену!

Мой чуткий мозг сразу насторожился, услышав про Арену Жести.

– Эти новые постановления Уайта абсолютно незаконны! – продолжала возмущаться Танечка. – Еще месяц назад Кандалакша была цивилизованным городом, а щас устроили какой-то концлагерь! Работаем вообще без выходных, все дорожает, а семок больше не платят! Так теперь еще эти коды! Даже из дома нельзя без разрешения выйти! Господи, иногда мне кажется, что мы живем в какой-то мрачной антиутопии! Кстати, у тебя тоже нет кукода… Ты из сопротивления, Аркаша? Ты выживальщик?

Блин! Простая деваха с завода вычислила меня за пять минут! Как же так?

– Да не… – Я натужно рассмеялся.

А вдруг она провокаторша? – Мне нельзя ставить татуировку на лоб по медицинским показаниям.

– Понятно… – протянула она. – Медотвод.

– У тебя тоже?

– Нет. Я против сегрегации людей, Аркаша, – сказала Таня, доверительно наклонившись ко мне, – но мне нужно работать. Нужно кормить семью… Да я поставила себе этот гребаный куар! Это концлагерное клеймо! Но выбивают себе на лоб его только клинические идиоты.

В постановлении Уайта ничего не говорится про место нанесения метки. А я хорошо разбираюсь в законодательстве!

– И где ты набила модную татуху? – удивился я.

– В другом месте! – хмыкнула она.

Но даже за шутками и непринужденной беседой день тянулся чертовски медленно. Обед, как выяснилось, не предполагался. За всю двенадцатичасовую смену отлучаться в туалет, можно не более, чем на пять минут.

Блин, хорошо, что я утром сделал все свои грязные дела. Что за зверские порядки? Давай, Санек, пожалуйся еще в службу охраны труда. Это БП, и если ты не подготовился заранее, будь добр ишачить за пайку в этом вонючем отстойнике. Не зря ведь я построил Схрон, ох, не зря… или зря?

***

Зазвучали наконец, сирены, отмечающие конец смены. Слава Ктулху, этот ад закончился. Рабочие суетились, разгибая спины и потягиваясь.