Кара. Императрица-рабыня

К своему глубочайшему удивлению, в своей комнате поверх моих вещей я обнаружила браслет, принадлежавший Амалии. Я самолично его зачаровала для девушки, зная, что уже скоро покину её. А так при ней останется довольно сильный лечебный артефакт - их я уж наловчилась делать. Ещё я зачаровала пару алмазных шпилек на защиту, прицепила на серьги мощный щит, ну и в целом по мелочи. Одежду Амалия меняет постоянно, но любимые драгоценности носит, почти не снимая. И тут вдруг моя бывшая хозяйка решила преподнести мне сюрприз - и подарить свой любимый браслет.

Нет, мне бесконечно приятно, но не могу же я оставить эту глупышку без защиты?..

Пришлось в срочном порядке искать Амалию и возвращать браслет. Заодно просветила девушку по поводу других зачарованных мною драгоценностей - а то вдруг подарит ещё кому-то по доброте душевной, оставшись совсем без защиты. Это в случае плана с побегом я не могла Амалии ничего сказать: мне не стоило выдавать своим хозяевам уровень своей подготовки, и без того уже слишком отрылась.

А теперь-то что - договор уже заключен, я больше не их собственность. А мне будет спокойнее, если моя бывшая подопечная будет под защитой.

- Ты же будешь мне писать? - Надменно спросила девушка при расставании. А я задумалась. Рабам в принципе не полагается писать письма, тем более - благородным госпожам. Тем более, если те больше не являются их хозяйками. Но почему бы и нет? И мне будет спокойней, если я буду знать, что с Амалией всё в порядке. Проклятое чувство ответственности не отпускало.

В итоге я согласилась, подсказав, что девушка всегда может связаться со мной через ректора. Впрочем, я тут же пожалела, что об этом сказала, так как глаза Амалии как-то торжествующе сверкнули. Кажется, девушка планирует, что они с подругами будут часто заходить к ректору под предлогом отправить мне письмо или узнать, как я.

"Вот коварная девица!" - Про себя ухмыльнулась я. Похоже, магистр ещё не раз пожалеет, что влез в мой идеальный план побега.

К утру меня снова вызвали в кабинет, куда я отправилась уже с вещами.

Там меня уже ждали Доминик, Магистр, а также мама и Сирен - оба тоже с вещами. Причем мама выглядела встревоженной, а брат - молчаливым и испуганным. И только увидев меня, родные немного приободрились. Я послала им лёгкую улыбку и перевела взгляд на мужчин. Доминик сказал несколько напутственных слов, из которых я заключила, что всегда могу вернуться к ним на службу, если что-то пойдёт не так: одно письмо - и меня выкупят обратно.