Возвращение чародея

Покинув перевал, они тут же избавились от лишней лошади, продав ее купцам проходившего мимо каравана, после чего леди Ива-Ивон уговорила сэра Джеффри отправиться в Город Людей, чтобы скрыться там от возможного преследования.

Чем кончился их визит в Город Людей, я тоже знал. Гавейна поместили в Питомник Владычиц в качестве племенного скота, а леди Ива, выручив за беднягу кругленькую сумму в золотых монетах, покинула город в тот же день.

Закончив рассказ, молодой рыцарь умолк, опустив глаза к полу.

– Мда… – первым нарушил тишину сэр Ралло.

Я кивнул.

– Что вы со мной теперь сделаете? – уныло поинтересовался Гавейн.

– Я бы отдал тебя на суд графа Осмонда, так как преступление произошло в его владениях, – сказал сэр Ралло. – К сожалению для тебя или к счастью, но решать твою дальнейшую судьбу буду не я.

– Я подумаю, – сказал я. – А это займет некоторое время. Джеффри, считайте себя моим гостем.

– Пленником? – уточнил Гавейн.

– Гостем, – повторил я. – Скажите, вы до сих пор питаете к леди Иве… Ивон… нежные чувства?

– После того, что она со мной сделала? Предала меня? Как вы сами думаете?

– Это не ответ, – сказал я.

– Я… наверное, я еще что-то к ней чувствую, – признался Гавейн. – Но эти чувства меркнут перед моим желанием отомстить.

– Месть – блюдо опасное, им и отравиться недолго, – сказал я. – Как вы думаете, куда могла направиться ваша бывшая невеста?

– Если не на Перевал Трехногой Лошади, где спрятаны сокровища Грамодона, то я не знаю, – сказал Гавейн. – В Питомнике у меня было время подумать, и я понял, что мне почти ничего о ней не известно.

Я путешествовал вместе с этой женщиной три дня и тоже ничего не выяснил. Она здорово умела скрывать информацию о своем прошлом.

– Ралло, ты можешь выделить сэру Джеффри спальный мешок и место в палатке?

– Я уже это сделал, – сказал сэр Ралло.

– Тогда идите отдыхать, Джеффри, а я подумаю, как нам с вами следует поступить.

– Я еще раз приношу вам свои извинения и благодарность, сэр, вне зависимости от того, какое решение вы примете в дальнейшем. – Гавейн склонился в почтительном поклоне и вышел.

– Дурак, – прокомментировал сэр Ралло.