Возвращение чародея

За дверью обнаружился очередной пожилой джентльмен, на этот раз – однорукий. Как ни странно, держался он не вполне уверенно, наверное, раньше ему не доводилось наносить визиты в женские будуары. Его взгляд рассеянно блуждал по комнате, пока не уткнулся в устроенное на полу лежбище.

– Я вас разбудил?

– Честно говоря, да.

– Извините, – сказал он. – Вы не спустились к ужину, и меня снарядили проверить, все ли у вас в порядке.

– Все в порядке, как видите. Я просто отдыхала.

– Вы спите на полу?

– Это так бросается в глаза?

– Я тоже сплю на полу, – сказал он. – Всегда. Не могу заснуть, если не чувствую под своей спиной чего-то твердого. Так вы собираетесь сегодня ужинать?

– Нет.

– Диего испортил вам аппетит?

– Дон Диего тут совершенно ни при чем.

– Мне вы можете не рассказывать, – сказал он. – Созерцание его картин всегда вгоняет меня в тоску. Видели Оберона, гарцующего перед драконом?

– Видела.

– Вот уж глупость, – фыркнул он. – Оберон был никудышным наездником и всегда предпочитал биться пешим.

– Наверное, кто-то забыл рассказать об этом художнику.

– Это точно, – поддакнул Мигель. – Вы знаете, я невысокого мнения о людях.

– Спасибо, – сказала я.

– За что?

– За откровенность.

– Не стоит благодарности. Я также невысокого мнения об эльфах, орках, гномах и прочих разумных существах.

– А зачем вы мне об этом сообщаете?

– В каждом правиле есть исключения, а в каждом народе – отдельные личности, которые вызывают мое уважение. Вы – как раз одна такая личность.

– Это комплимент?

– Расценивайте как хотите, – сказал Мигель. – Дело не в том, что вы убили Лораса, он всегда был никудышным учеником. Дело даже не в том, что вы доставили этого молокососа домой в целости и сохранности, хотя я вам очень за это благодарен.

И что бы это значило? Или мне не хватает образования, чтобы его понять, или же он нарочно говорит загадками?

Его никудышный ученик Лорас чуть не отправил меня на тот свет. Он был близок к этому, как никто другой. Если не считать паршивого гоблина, который проткнул мне ногу отравленным копьем.