Мир миров. Побег от судьбы

Уже во время траурной недели Совет Мастеров начал совещаться по поводу назначения нового командора. Выбрать его из своих сильнейших или пригласить из другой цитадели?

Гимго сидел на подоконнике узкого окна и задумчиво хмурился, глядя на горы.

– Привет. Чего такой смурной? – подошла к нему Йара.

– Совет хочет назначить меня новым командором, – без предисловий выдал Гимго.

– Да ты что! Это же здорово! Чего хмуришься-то тогда?

– В целом: думаю, а смогу ли я с этим справиться? Целая цитадель… Командовать ею – это не гонять оболтусов из отряда.

– Я – командир? Нет уж. Увольте. Не хочу лишнюю ответственность.

– Вот те раз! Ответственность она не хочет. Люди идут за тобой. И начальство это заметит. И тогда это будет в приказном порядке.

– Угу. Но начальство-то ты теперь.

– Я ищу способ избежать этого.

– В смысле! Ты хочешь уйти от звания командора? С твоей-то силой?

– Эта сила нам не помогла неделю назад.

– Только потому, что тебя не стали слушать. А если бы ты сам мог решать, что правильно. Или ты тоже ответственности боишься?

– Пф. Не тебе меня стыдить. Давай так, – парень протянул сестре. – Я соглашусь стать командором, если ты…

– Возьму отряд? Это нечестно!

– Нет. Если ты возьмёшь себе учеников.

– Ого. Интересный обмен. Идёт, – Йара сжала руку брата. – Но учеников выберу я сама.

– Да будет так, учитель Йара.

– Жду твоих свершений, командор Гимго.

По просьбе горца коронацию провели скромно, без гуляний и гостей из других цитаделей. На верхнем дворе установили небольшое деревянное возвышение. Перед ним экзаменаторы, за ними командиры отрядов, затем рядовые экзорцисты, ещё дальше старшие рекруты. Младшим пришлось смотреть из окон учебного здания.

На возвышении стоял Совет Мастеров, а перед ними Гимго в новом мундире и голубом плаще, скреплённом фибулой в виде знака ордена.

– Гимго, дитя гор, клянёшься ли ты нести сей венец с гордо поднятой головой и вести тех, кто идёт за тобой к неизменной победе над врагами с той стороны?

– Клянусь.

– Клянёшься ставить нужды цитадели выше своих собственных и отстаивать её право перед главами ордена?

– Клянусь.

– Клянёшься ли ты быть честным и справедливым лидером до самой своей кончины?

– Клянусь.

Поднесли голубую атласную подушку с серебряным венцом командора. Один из мастеров взял в руки венец. Гимго преклонил колено.