Травы и пламя

Нам придется с тобой побыть вдвоем некоторое время, но мы же сильные с тобой, мы справимся, – Слома слабо улыбнулась, Троф не отводила свой взгляд от бледного и заплаканного лица матери.

– Я тебя люблю, мам.

– И я тебя, Троф. Мосс тоже очень любила тебя, она так много о тебе говорила, когда мы вышивали.

Троф погладила маму по голове и оставила ее отдыхать. Непривычно было слышать о своей сестре такое, при Троф она не произносила много слов, тем более что она говорила с кем-то о ней, не укладывалось у нее в голове.

Внутри засосало от осознания, что Троф упустила что-то важное между ними с сестрой.

В дверь постучали, Троф не хотелось никому открывать, день не располагал быть разговорчивой и милой, но стук повторился усерднее.

– Кто там?

– Это Варэн.

– Варэн, Мосс нет дома, мы сейчас не особо принимаем гостей

– Я знаю, что Мосс нет, и я знаю, почему. Открой, пожалуйста!

Троф распахнула дверь так резко, что чуть не ударила сына пекаря Варэна.

– Что ты знаешь? – накинулась на него девушка с вопросом.

– Я знаю, что Мосс забрал лекарь.

– Откуда? Мосс тебе говорила о лекаре?

– Нет. Мне рассказал твой отец.

– Отец? С чего вдруг ему тебе об этом рассказывать?

– Когда я пришел просить руки Мосс, твой отец пытался меня отговорить разными способами, но я стоял на своем. Тогда твой отец сказал, что Мосс обещана другому, но я ему не поверил, и он все же объяснил мне, что теперь только лекарь владеет ее душой, и этого никак не изменить.

– Если ты знал, почему ты не сказал мне? Почему ты сам что-нибудь не сделал? Зачем ты сейчас сюда заявился и говоришь мне все это?

– Потому что я, на самом деле, пытался! Я неделями дежурил у вашего дома по ночам, чтобы сразиться с лекарем, но сегодня я уснул. Понимаешь, уснул! То ли усталость сказалась на мне, то ли лекарь применил свои чары, но я упустил их. Я виноват в том, что твоя сестра пропала! Твой отец был прав, что отказывал мне даже в попытке помочь вашей беде, потому что я все испортил!

Варэн тяжело дышал, только после его рассказа Трофа заметила круги у него под глазами, всю неделю он был очень медлителен, за что в пекарне не раз на него прикрикивали на кухне, он пытался помочь ее сестре.

Троф не могла его винить, ненавидеть, говорить, что во всем виноват только он, но девушка ведь также спала в ту ночь, хотя ее сестра явно плохо чувствовала себя. Они оба совершили ошибку, и теперь они оба хотят ее исправить.