Гнев Стикса

А еще мы экспериментируем со спеком. Думаю, что, это благодаря ему колени так быстро восстановились. А вот Герыч считает, что спек не всю свою силу сразу отдает организму, который не находится в критическом состоянии, а часть его энергии где-то накапливается, для последующего «взрывного» восстановления. Ну, это наш, знахарский, профессиональный спор.

- Ага. Два знахаря, три мнения и пациент – инвалид.

- Не ной. Разберемся. Ты вспомни, в каком состоянии тебя к нам доставили. Скелет, обтянутый бледной кожей. А сейчас? И щечки розовые, и мясо наросло.

Приятно смотреть. Теперь еще об Юлии. Она приняла красную жемчужину. У меня подобной практики, сам понимаешь, еще не было. Энергия жемчужины в ней легла хорошо, но пока ни нового дара, ни граней старого, я не вижу. Надо ждать, когда и как эта энергия себя проявит.

- В любом случае, это пойдет ей на пользу. Меня мысль о беременности не отпускает.

- Знаешь, ко мне и Герычу женщины наши постоянно приходят, чтобы прервать. Это быстро и безболезненно.

В любом случае, это ей принимать решение. Но мы с тобой договорились – разговора об этом не было.

***

- Привет, ленивый! Чем время коротаешь? – в двери появился Умник.

- Привет. Ящерицей подрабатываю. Отращиваю конечности.

- У ящериц хвост отрастает, а ты, скорее всего, рак, потому что отращиваешь свои клешни. А я к тебе с презентом, - он выложил на стол небольшой сверток. – Зацени!

Кот развернул бумагу и уставился на деревянную кобуру, из которой выглядывала часть рукоятки пистолета.

- Неужели, это тот самый?

- Он, родимый! Маузер С96.

- На наш кластер ходил?

- Ага. Собрал своих эсбешников, чтобы на мир посмотрели и себя показали, и с картографами пошли в тот район. Да ты не стесняйся, осматривай подарок.

Кот расстегнул кобуру и извлек тяжелый пистолет. Первым делом тут же взглянул на боковину магазина. Былой таблички с наградной надписью там не оказалось. Вместо нее на металле, красивым готическим шрифтом, золотом на вороненом покрытии, блестела другая надпись: «Коту от Умника на память о начале дружбы».

- Да я уже снял ту табличку о товарище Розенберге. Ты ведь ее хотел увидеть, мент поганый? – Умник лукаво улыбался. – Все еще не веришь в правдивость моего рассказа при нашем знакомстве? Зря.

Он достал из-за пояса точно такой же пистолет и рукоятью вперед, протянул Коту: - Этот решил оставить без изменений, хоть я и не Роземберг.

На этом экземпляре, на корпусе слева, блестела серебряная табличка с гравировкой «Тов.