Гнев Стикса

Легкий ветерок подул со стороны огорода. Петр внюхался и пошел в ту сторону – где-то тут должна быть подсказка необычности этого двора. Он вертел головой, осматривая двор и выискивая что-то необычное для этого мира. И нашел.

На огород, сильно заросший бурьяном, вела еле приметная тропинка. Огород и двор начали зарастать после попадания в этот мир, а значит тропинку натоптали уже после этого.

Пройдя по ней, он нашел то, что искал. В неглубокой ямке, в которую упиралась тропинка, находились свежие бытовые отходы. Сюда же, судя по запаху, выливались и продукты жизнедеятельности.

Яма сверху была прикрыта большим куском ковра, притрушенного пучками подсохшей травы. Вот этот запашок, доносимый ветром, и насторожил Петра. Теперь надо было искать обитателя этого двора.

Вернувшись во двор, он стал в его середине и медленно поворачиваясь, осматривал все вокруг себя. Дом, как место укрытия, он отбросил сразу. В нем были выбиты стекла и сорвана с верхнего навеса входная дверь.

Летняя кухня имела такие же следы взлома и быстрый взгляд внутрь через окно, подтвердил, что спрятаться там негде.

А в сарае кто-то хорошо порезвился, питаясь индоутятиной. Весь пол был устлан белыми и черными перьями. На всякий случай заглянув в собачью будку, Петр задумался. Больше мест, где можно укрыться тут не было.

Но тут опять он обратил внимание на неестественность обстановки во дворе. Между сараем и летней кухней было нагромождение ящиков, коробок и небольших досок, заглянув за которые Петр нашел вход в погреб. Неглубокий спуск, всего на пять ступенек, пришлось подсвечивать фонарем.

А вот запаса продуктов внизу не оказалось. На наличие картофеля он в это время года и не рассчитывал, но консервация тут быть просто обязана. Кто-то ее всю перенес в другое, более укромное место.

И вновь осмотр двора в поисках подсказок. Взгляд задержался на входной двери дома. Обшарпанная многослойная окраска во многих местах отвалилась небольшими пятнами, показывая из-под зеленого фона более древние слои синего и белого цветов.

Пауки сплели свои кружева во всех проемах над и под сорванной дверью.

Петр повернулся к летней кухне, на двери которой такой паутины не было. Люк подвала он нашел за печкой. Несколько раз стукнув по нему ногой он негромко произнес: - Тук, тук, тук. Гостей ожидаете?

Ответа не последовало. Петр, поддев край люка ножом, приподнял крышку. В луче фонарика мелькнуло испуганное лицо девушки.

- Не бойся. Выходи. Не зли меня и не заставляй меня спускать к тебе.