Попаданец. Враг поневоле

Вот объясни мне — как можно жопой сидеть на деревяшке? Вообще вас не понимаю, как так получается, что…

Разговоры про мебель сейчас мне совершенно не интересны. У меня накопилось много вопросов, пора полить на них свет.

— Сколько я был без сознания? – перебил я Витаара.

— Да не долго, всего трое суток. Тело исцелилось практически сразу, а всё остальное время мозги вставали на место. Ты разок приходил в сознание, но потом снова отрубился. В бреду всё время кричал: «Инферно, Инферно». Если ты был там и выбрался, то признаю — ты силен, засранец, оттуда…

— Как я смог выжить? – не унимался я и перебил снова.

– Как я остался невредим? Меня же разорвало надвое, а теперь мое тело вновь целое, всё как прежде.

— Ну, я бы так не сказал, что прям всё как прежде. – ухмыльнулся охотник, и, поставив свой чай, подошел к небольшому комоду, в другом углу комнаты.

— Лови – крикнул он и кинул маленькое бронзовое зеркало, которое мгновение назад достал из ящика. – Это не мое, если что, это жены.

Посмотрев в него, я не увидел знакомого лица.

Оттуда на меня смотрел совершенно другой человек. Общие черты отдаленно, весьма отдаленно напоминали меня, если конечно уж очень сильно присматриваться. В остальном же, ничего родного не осталось. Мои чёрные волосы стали золотистыми, глаза чуть увеличились, и тоже сменили цвет, только теперь на зеленоватый. Скулы поменяли свое очертание и чуть заострились. Можно было бы порадоваться носу, который наконец принял правильную форму и избавился от горбинки. Можно было бы…

Ужас пробирал до мурашек по коже.

Я понимал, что всё это не важно. Главное, что после тяжелого боя, разорванный надвое, я смог остаться в живых. Это всё я понимал головой. Но почему же тогда тело трясло, будто от озноба?

Меня одолевало замешательство вперемешку с испугом, приправленное непониманием.

— Как? По-по-почему? – голос невольно подрагивал. Хорошо хоть он остался моим.

— Водка меняет людей! – пожал плечами Витаар, вновь плюхнулся на мягкий стул и широко улыбнулся.

Внутри у меня – ураган чувств и эмоций, снаружи – дрожащие руки и налитые кровью глаза.

Вздумал скалить зубы, охотник? Я сотру с лица твою самодовольную ухмылку.

— Какая к черту водка? Тебя это веселит? – гаркнул я, метнув холодный, убийственный взгляд.

— Ты что тут нытьё собрался разводить? – совершенно спокойно ответил Витаар и, отхлебнув из чашки, продолжил — Ты жив браток. Радуйся! Можно начать всё заново, даже нужно! Но прежней жизни конец. Ты, как бы, умер, если что. Все видели это.