Попаданец. Враг поневоле

Вытягиваю руку и приманиваю зверя к себе ладонью. Нападай, пушистик, пора тебе скинуть шкурку.

Монстр, издав угрожающий звук, мгновенно сокращает дистанцию одним мощным рывком. Прыгаю вверх. Лунный свет отражается в острых когтях, рассекающих воздух прямо возле моего лица. Зверь не может дотянуться самую малость и врезается в ствол дерева.

На лету переворачиваюсь, создаю кнут и цепляюсь за массивную шею оборотня. Резко дергаю, и притягиваю себя к его голове. Бью наотмашь кулаком по морде, следом создаю кинжал, и втыкаю его прямо в ухо мохнатому.

Ох, не серчай дед Степан … я нечаянно … я нечаянно.

Клинок входит очень натужно, и почти сразу останавливается. Совершенно не то, чего я ожидал, но и это не плохо. Зверь ревёт, резко изгибается, и скидывает меня на землю вырывая на ходу солидный кусок древесины из величественного ствола.

Приземляюсь. Перекатом гашу удар, и не спешу бросаться в огонь схватки. Собираю волю, дабы не размазывать больше энергию по телу. Пока еще есть время... Две руки — две точки концентрации, которые нужно удержать для сильного удара.

Соединяю воедино и создаю самое удобное оружие в это мгновение боя — алебарду. Вкладываю почти всю энергию, оставляя свое тело с малой толикой защиты. И то, если на ней смогу удержать хоть какое-то внимание.

Смотрю на монстра. Тот только поднялся, и судорожно мотает головой, разбрызгивая капли крови из свежей раны. Нет, я не дам тебе ни мгновения...

В развороте ускоряюсь и размашисто бью по телу зверя. Тот успевает закрыться лапами, но натиска моего удара они не выдерживают, оборотень явно не успел вложить в них хоть толику магии.

Над нашими головами раскрывается кровавый веер с алыми струями вместо пластин, который сопровождается безмятежным полётом черных мохнатых рук.

Рёв зверя, превратившийся в крик боли невероятной силы, оглушает меня и сбивает с ног. Оборотень смотрит то в мою сторону, то на обрубки своих рук, и я примечаю, что во взгляде вновь пробуждается человек. Но, боюсь, что лучше, если бы на меня продолжал смотреть монстр.

— Ну внучок — жутко прорычал глядя на меня оборотень и оскалил зубы — не спеши, это только начало. Мой мир даст мне сил...

Или мне показалось, или действительно морда все больше стала походить на лицо деда Степана? Кто знает, может он возьмёт верх над зверем, и всё это прекратится? Но посмотрев на злую улыбку, обнажившую два ряда острых зубов, мои домыслы перестали иметь право на жизнь.

Оборотень гордо выпрямился.