Наследие и Наследники: Избрание

Князь поостыл с реализацией подобной идеи и больше не хвалился, выпив лишнего, что наречёт “заморскую рогатую свинью - Тибо!”

Князь-гуляка Гассакс обожал всех удивлять и поражать: несравненные блюда из мяса и редкостных рыб, невероятные танцы под новые мелодии - придуманные для него специально отовсюду выписанными композиторами и хореографами, фантастически красивые представления - будь то подмостки театра или фейерверк, редкие животные или собрание старинных редкостей, в особом крохотном замке построенном специально для их представления гостям: его всегда манила слава эдакого передового чудака, способного на что угодно - что бы немного покрасоваться перед всеми и хоть чуток, но удивить!

На землях его княжества проходили две из семи известнейших ярмарок империи и обе стали популярными именно благодаря его личным стараниям: введённой недавно игре, под названием лотерея - где каждый участник мог, заплатив малую монету, получить затем, волею случая, полный сундучок серебра! Если повезёт конечно.

.. И обязательные представления актёров и музыкантов, которых нанимали для ярмарок агенты князя по всей империи.

Народ валил толпами на его торжища и вскоре княжество стало довольно прилично богатеть. Но князю, с его тратами, всегда и всё было мало. А особенно - денег.

Заведя себе почти официально гарем, как у южных и восточных лунопоклонников, в который скупались женщины из всех мест где бывали купцы его княжества или его агенты, князь создал в нём целые отдельные службы, которые в своё время помогали “скрасить” пребывание в княжестве и самому нынешнему “престолодержателю”: были в гареме князя Гассакса и “обмывальщицы” - что натирали своими обнажёнными, роскошными, пышными, вовсю выдающимися телесами - мужчин во время совместной обмывки в банях, вроде живых мочалок.

“Мочалками” их князь и называл, шлёпая по округлым огромным ягодицам девушек, с простодушным детским смехом.

Находились в его гареме и чтицы с прекрасными голосами,  которых именовали "соловьини" - для вечерних поучительных книжных историй и бесед.

И гимнастки из цирков, что услаждали взор редкими позициями своего обнажённого или странно прикрытого, словно что бы ещё сильнее возбуждать похоть, рваными прозрачными лоскутами, тела.

Были “Целовальщицы и наминальщицы” - но до них Дезидерий так и не добрался, императорское присутствие рядом его всё же смущало в тот период...