Остров- II. Дороги наемника

Настоящий мужчина либо разбирается, либо нет. — А вот это уже было прямым и неприкрытым хамством. И, что самое неприятное, хамством от уполномоченного представителя нанимателя — фера ан Галлоба, щегольски и дорого одетого мускулистого мужчины лет тридцати, с усами и короткой бородкой, а-ля Рамзан Ахмадович Кадыров.

— Настоящим мужчиной и носителем яиц, — находившиеся в окружавшей нас толпе дамы зафыркали и, не сговариваясь, притворились, что засмущались, — делает не умение разбираться в оружии, которое оценивается со стороны, а умение вести себя как подобает мужчине, — ответил я безразлично спокойным тоном и подчеркнуто вежливо, однако двойное дно ответного оскорбления тоже было отмечено всеми присутствующими, конечно же, включая и униженное мной лицо.

— А вы умеете?

— Это тоже проще всего оценить со стороны, — в рамках выбранной роли нужно было всего лишь сохранять спокойствие.

— И кто же может вас так оценить? — Галлоб пытался зацепиться за мое не самое лучшее владение языком, а значит, и иностранное происхождение.

Благородного господина, однако, серьёзно закусило от неожиданного отпора на глазах зрителей.

— Покойники в основном, — всё также спокойно отрезал я, подарив оппоненту ледяную усмешку и для пущего эффекта встретившись с ним взглядом.

Смешки и улыбки среди окружающих нас лиц исчезли, как по волшебству. Совсем недавно вполне безобидная пикировка, если кто-то не сдаст назад, выводила нас к поединку прямой дорогой.

— Все так говорят. Кого-то более разговорчивого не назовете? — после некоторой заминки ан Галлоб нашелся с ответом.

Было непонятно, хочет ли он развития конфликта, однако сливаться при таком количестве свидетелей ему точно было стыдно.

— Не могли бы вы успокоиться, благородные господа? — Послужившая причиной для конфликта девушка, кивком попросив у меня разрешения, перехватила цвайхандер за рикассо и, проведя пальцами по выбитой на клинке надписи, словно бы попробовала её на вкус — «Цену жизни спроси у мертвых».

Будет весьма неприятно, если кто-то из вас познает мудрость сего девиза по такой глупой причине.

Ан Галлоб взглянул куда ему указывали, посмотрел на меня, потом опять на меч, опять на меня, хотел что-то сказать, однако поймал тяжелый взгляд девицы и увял. Кем бы она ему ни была, портить с ней отношения «по такой глупой причине» он не собирался.

Девушка тем временем щелкнула пальцами, откуда-то сзади появился слуга, получил приказ и убежал к коню за мечом.