Остров- II. Дороги наемника

Подменить его можно раз, можно два, такое случается, но на третий солдатики непременно задумаются, кто всё-таки в роте по-настоящему управляет… и ничем хорошим это не закончится.

— Думаю, я вас поняла, — кивнула госпожа ан Феллем. — И вы считаете, что ничего нельзя сделать?

— А что я или Хоран можем сделать, пока он сам не набьёт шишек и не наберется опыта? — пожал плечами я. — Только дать совет, когда никто не видит и есть такая возможность. И то, у па… капитана может не вовремя закусить самолюбие, и он сделает наоборот.

Потом те, кто останется жив, конечно, ему голову нагреют и из роты уйдут, но это потом. А жизнь, она даже у наемного солдата одна единственная.

— Мой сын не настолько глуп!

— Вполне верю, но в жизни бывает всякое. Например, когда советы будут звучать слишком часто. В целом никаких других проблем у него нет.

Женщина задумалась. Размышления тоже ей очень шли. Я искоса любовался собеседницей, задатки художника за последние двадцать лет, реализуемые больше в карандашных рисунках стиля ню и кальках портаков для сослуживцев, вылезли из глубин очерствевшей души и прямо-таки требовали испытать себя в настоящем искусстве.

— Сколько вам лет, фер?

Такого быстрого перевода темы я не ожидал. Да и отвечать на вопрос честно было, скажем так, опрометчиво, омоложение в Хейене было услугой доступной далеко не каждому. Тем не менее, нагло врать искренне нравящейся мне женщине тоже не хотелось.

— Мужчине, как и женщине, столько лет, насколько он выглядит.

— Вот как? — Мне открыто и по-доброму улыбнулись.

— Не слышала таких слов….

Дама, всё еще задумчиво улыбаясь, покачала головой.

— Надо будет запомнить….

Я тоже улыбнулся и немного деланно развёл руками:

— Угощайтесь. Но про мужчину добавил сам, в оригинале упоминается одна только женщина.

— Спасибо! — Мне нежно коснулись лежащей на подоконнике левой кисти. — За все. И честность в том числе.

Женщина стала серьёзной.

— Я не одобряю выбор сына, но не могу с этим ничего поделать. Я знаю, что вы чужой в Аэроне. И как попали в роту Лойха, мне тоже известно.

Но теперь и вам следует знать, что в Бир-Эйдине у вас появились настоящие друзья. Которые не забудут ни вашей храбрости, ни вашего добра представителям нашего рода, ни вашей сегодняшней честности. — Фрейя ан Феллем еще раз на секунду накрыла мою кисть своей и, кивком попрощавшись, изволила удалиться, оставив в определенном недоумении. Создавалось впечатление, что она типично по-женски из сказанного поняла куда больше, чем подразумевал я сам.