Гамбит мёртвого бога

- У Иванова семейства нет ваших тел, - мой бывший ученик не выдержал и затараторил: - Если точнее, то вытащить и сохранить сумели только тело господина Юрия. Ваши тела, господин Рейм и госпожа Лорн, сейчас под неусыпным наблюдением в подвалах Храма Пространства. Их специально сохранили как приманку, чтобы выловить и уничтожить вас.

В комнате повисла неприятная тишина. И с каждой секундой она становилась всё тягостней. Два Ивана бледнели с каждой секундой лишь сильнее…

- Неприятно, - флегматично констатировал Рейм, не отвлекаясь от настройки окуляров при помощи деталей и инструментов из лаборатории Иммунного.

– Надеюсь, у вас хотя бы имеется план, как их достать?

- Нет базара, - Иван Малахитовый с энтузиазмом ухватился за возможность: - Это одна из причин, зачем нам сдался Иммунный. Мы хотели обменять его на ваши тела. А теперь, видя, насколько он полезен для Социалистов, лишь уверились, что подобный план выгорит.

Иммунный находился тут же. Блистал десятками ремешков смирительной рубашки, которая так же нашлась в его закромах.

С заткнутым ртом. Завязанными глазами. Мешком на голове. И прикованный в дюжине мест к креслу-каталке. И мой бывший ученик наблюдал за ним с револьвером наготове.

- Хороший план. Жаль только неосуществимый…

Я коснулся одного из выступов готры, и по механизму прошла механическая дрожь, а затем шестерни перестроились, так что музыкальный инструмент превратился в секиру, где корпус усилен свинцовым иззубренным лезвием, а гриф и лады – в рукоятку оружия.

Похоже, это сюрприз на крайний случай.

- Это почему же, господин Юрий?

- Иммунный не покинет этих стен живым. Он не должен больше никому навредить. Я не подвергну Алению опасности встретиться с этим маньяком вновь.

Аления лежала в комнате на кушетке. Спала. Сестра Нетас, знакомая Ивана Малахитового, провела полный осмотр девушки и констатировала, что физически она полностью здорова. На всякий случай ей вкололи противоядие от рицина – укусы Мефи ядовиты, и не стоило этим пренебрегать.

И теперь я не желал выпускать девушку из поля своего зрения.

- Хочешь отомстить, друг мой, - Рейм поднял заинтересованный взгляд. – Кто бы что ни говорил, но месть – священное право любого человека. Только прошу, уточни, ты будешь мстить за себя — поруганные чувства, и за то, что у тебя отобрали, или всё же за Алению – за то, что потеряла она?

- А имеется какая-то разница? – я поднялся с места, растирая стык обрубка ноги и протеза.