Гамбит мёртвого бога

Из револьверов, ножей, патронов и добытых во время пути гранат образовалась небольшая горка. После чего девушка нас обыскала, извлекла кровь Императора из моей серьги и проверила отсутствие крови Властителя в хронометрах Временщиков. Затем нас признали чистыми… хотя на руках Лорн оставались её перчатки, а у меня за спиной в кофре Резонатор Времен.

После этого нас окутало плотное облако иллюзорной тьмы, закрывая видимость. Развеять иллюзию было делом мгновения, но зачем проваливать проверку? Я ожидал, что нас вообще закуют в свинец до полного выяснения.

Самое плохое, что Алению нервировала новая обстановка и толпа незнакомцев: она вцепилась в меня, мелко дрожа. Мне было больно её такой видеть… но я так и не нашёл в записях Иммунного ту мелодию, что перенастраивала резонанс души. А рисковать и экспериментировать — я не смел. Поэтому мне только и оставалось, что успокаивающе гладить девушку по голове, периодически шептать что-то доброе и дарить всю нежность и заботу, что только мог в надежде на лучшее.

- Народ, если девочки этого борделя так же хороши, как глубоки его подвалы, то я, пожалуй, здесь готов поселиться, - минут через пять пути, состоявшего в основном из спусков, не выдержал Рейм. – Долго ещё? Дали бы попить, а то так жрать хочется, что даже ноги заплетаются!

Ответа не последовало. Лишь новые спуски. Моё чувство пространства начало сбоить, в стенах вокруг было очень много свинца, блокирующего способности. Очень много. И ещё стойкий запах кислятины с каплей гнили. Похоже, старинные шахты по добыче руды… то-то свинец в земле всё глушит.

А затем мы остановились, и я услышал щелчок курка.

- Госпожа Лорн, Рейм, приказываю не сопротивляться, - бросил я в черноту и, подумав, добавил: - Если возможно, постарайтесь не потревожить мою спутницу, она и без того плоха.

Хлопнул выстрел. Боли я не почувствовал… Смерть пришла спокойно.

Ледяной цветок расцвёл в душе. Мгновение – мозг словно парализован. Ещё несколько долгих секунд – тело застыло, сведённое судорогой. Лишь сердце натужно гнало кровь, пытаясь заставить меня жить… а затем, я шумно выдохнул.

Я сморгнул. Мы стояли на вершине усыпанной камнями Чёрной Королевы, откуда спускались почти час. И возвращение памяти инициировал человек, что неспешно приближался к нам со стороны подъёма на вершину Шахматной Скалы с вечерним выпуском “Известий свободы” подмышкой. Очень знакомый мне человек.