Комбо-Психо. Книга 2

Опять всё то же самое: тонкий расчёт без грамма настоящих эмоций. И как прикажешь тебе доверять после этого?

Она как-то вся осела, убрала руки от груди, уже не пытаясь ничего скрыть, и неожиданно я услышал её редкие всхлипывания.

- Я не могу провалиться, понимаешь? - её голос изменился, из него пропало всё напускное, я увидел перед собой просто уставшую и напуганную девушку. - После смерти мамы он остался окружён этими стервятницами, отданными за него только ради семейных денег. Если наследником станет кто-нибудь из их детей, то это будет кошмаром! Её память растопчут и осквернят.

Они уже добились того, что из дома исчезли все её портреты, прогнали всех слуг, кто знал её, даже добились того, что её родителей отослали прочь из Вирсавии. Я должна получить этот чёртов шестой круг, если хочу сохранить хоть какие-то воспоминания!

Сорвавшись с места, я в долю секунды оказался перед Джулией и, подняв её подбородок, пристально взглянул в глаза, красные от слёз. Она не сопротивлялась, просто стояла, глядя на меня, а слёзы продолжали стекать по её щёчкам.

Сейчас она была похожа на замершую перед охотником лань, а никак не на прагматичную и меркантильную стерву.

Я понимал, что и это могло быть блефом. Почему-то я не сомневался, что в детстве Джулия не раз вот так, слезами, добивалась исполнения всех своих хотелок, и умела плакать на публику. Девушки, даже в семнадцать, тем более в семнадцать, могли быть страшными манипуляторами.

И может быть я действительно попал под действие её женских чар, но почему-то сейчас я ей верил.

Как минимум потому, что по моим ощущениям она не была настолько цинична и испорчена, чтобы использовать в качестве инструмента для манипуляции память своей покойной матери.

Немного подумав, я вздохнул и сделал шаг назад. В конце концов, я не был такой уж сволочью, чтобы просто стоять и смотреть на плачущую девушку. И от того, что я взял бы её на Варию, больших проблем не должно было быть. Даже вероятность раскрытия моей тайны уже особо не пугала, ведь у меня теперь была сильнейшая поддержка в лице архимага.

Тем более что она сказала заветное слово. Нет, не “мама”. Это было слово “Нааддург”.

Нааддургом называлась крупнейшая и известнейшая кузница гномов в этом мире. Любое оружие, любая броня, да вообще любое изделие Нааддурга автоматически получало печать высшего качества. А работы лучших мастеров гномьей кузни почитались, порой, даже больше, чем сильнейшие магические артефакты.