Вусмиор. По ту сторону барьера

Она попросту разрывала их на части прямо в воздухе, заливая ринг и первые, самые дешевые ряды трибун реками крови.

- Ну, - хмыкнул Рейн, поймав напряженный взгляд Фела. – Что думаешь?

- О чем? О ней? – Лазар слегка поморщился, окинув глазами арену. - Или обо всем этом?

В отличие от других отморозков-эпигонов, он, как и сам генерал, не видел смысла в беспричинной резне. Аллард в своем личном рейтинге ставил таких людей на голову выше остальных. Ведь мало верить в свою безнаказанность или скандировать общепринятые лозунги.

Власть в Амхельне строили не те темные, кто бессмысленно проливал кровь, а те, кто понимал значение последствий и задумывался о будущем. По крайней мере, Рейн в это верил. И любил, когда подчиненные разделяли его взгляды.

Рейн помнил времена, когда вурдалаки были чуть ли не ровней остальным адептам Тьмы, а в Лонде-Бри могли убить буквально на каждом углу. Конечно, темным эфиристам ничего не мешает и сейчас творить безрассудство в угоду своим инстинктам не только в подобных клубах, но и за закрытыми дверьми своих домов.

Однако теперь каждый из них помнил о цене, которую им предстоит заплатить, если их поступки станут известны кому-то из властей. Несмотря на кажущуюся солидарность с политикой лорда Орла, далеко не все готовы были бессрочно пополнять ряды его солдат.

- Об этом? - задумчиво протянул генерал, окинув снова клуб взглядом и задержавшись на Вэйланде, который вновь просил официанта поддать шоу огонька. – Пусть лучше так, чем как это было до Орла. Конечно, я спрашиваю о ней.

После очередной добавки от таких как Вэйланд, клетку вокруг эфиристки буквально облепила орда вурдалаков в купе с антеру.

Лазар слегка замялся. После оплошности с Евой Рид друг постоянно поддевал его, и он не знал, кроется ли в этом вопросе тоже какой-нибудь подвох. Но и послать его подальше теперь Фел не мог, ведь теперь Рейн был генералом.

- Она похожа на ту, которой есть за что сражаться, - после недолгих раздумий ответил Лазар, осторожно подбирая слова, презирая сам себя, что теперь приходится лебезить перед другом.

– Или, наоборот, ей совсем нечего терять… Мне еще не приходилось видеть, чтобы кто-то использовал телекинез с таким остервенением.

Капитан не отрывал завороженного взгляда от отчаянной грации эфиристки, напоминавшей тигрицу, готовую вцепиться в своего противника когтями и разорвать на части. На ее счету были уже десятки жертв, но все ее усилия могли быть напрасными, если в какой-то момент она промедлит.