Не попал! 2

В результате на лугу с величественным древом, которое чуть пожелтело от переполнившей это место на короткое время божественной энергии, осталось лишь двое. Цепь перестала быть видимой, но и Хаасе и Ранхгисса ощущали ее присутствие.

Первая в глубине души скалила зубы. Она была уверена, что не подстрахуйся боги сейчас, то они бы больше потом эту темную не нашли. Она бы их кинула и всю оставшуюся жизнь провела в подпространстве темных. Потому что смысла для нее помогать она не видела.

Ранхгисса же думала о том, что ей придется вылизать ноги слишком многим садистким сучкам, чтобы иметь хоть шанс спасти свою жизнь.

Но жить она любила больше, чем свою гордость. Даже если она по сути обменяет ее чтобы заодно спасти и эту чертову светлую!

Это она, она, Ранхгисса должна была быть крутой и непоколебимой! Смотреть в лица богам и не выражать ничего кроме холодной решительности! Почему эта чертова сучка ведет себя более темно чем она? Почему в результате теперь приходится быть на побегушках на богов? Чем она это заслужила?

И пока две девушки думали о своем, они не заметили чего-то более важного.

Чего-то странного. Почему богам было абсолютно все равно на Лиссу? Она же тоже была здесь! Они могли и ее заставить искать Костю!

Однако, когда Ранхгисса более-менее оправилась и начала с холодной головой думать о стратегии своего выживания и, ничего не сказав заключенной в золотую клетку Хаасе, вышла из пещеры, то кое чего не хватало. Якобы упавшей в обморок Лиссы не было там где она девушка ее оставила…

Глава 8.

Тренировка и Наблюдатель

Утро наступило неожиданно. Давно у Ноны такого не было, чтобы легла и потом, по ощущениям тут же подскочила, но теперь уже отдохнувшая. Ни сновидений, ничего. И следуя вбитым за время одиночного проживания привычкам она с почти выключенным мозгом начала заниматься утренним туалетом.

Все было абсолютно как обычно. Будто ничего вчера и не случилось. Но воспоминания навалились непрошеным штормом, стоило только ей, чистящей зубы, слишком сильно присмотреться к странной окружности слишком светлой кожи на ключице.

Она чуть выбивалась и привлекла внимание. И стоило только сосредоточиться, как она чуть не упала от заново пережитых событий.

В ней бились две важнейшие новости. Она теперь волшебница! Самая настоящая! Пусть и не такая, какой себе представляла, ну и пусть! Она же может попробовать и без этой пошлой формы творить чудеса!

А вторая новость как бы ни была для нее важнее.