Пираты пустошей

Несмотря на сильный характер, девица несомненно не пользовалась любовью и уважением в команде, члены которой и без того не относились к людям, охотно готовым подчиняться приказам. За последние полторы недели я успел заметить, что с ними нелегко приходится даже самому капитану, вынужденному постоянно лавировать между принуждением, грубой лестью и тонкой дипломатией, а уж с Элой операция вообще рисковала превратиться в неуправляемую авантюру, вполне имевшую все шансы привести нас прямиком на казнь. Точнее, казнить могли моих спутников, мне на такое счастье рассчитывать не приходилось.

Про себя я поклялся ни в коем случае не попасть в руки врага живым. Вот только был далеко не уверен, что у меня хватит воли и решимости сдержать эту клятву.

- Этот что ли твой? – Йонар показал рукой в сторону Яры, возвращающейся в компании рыжего парня и, будто невзначай, придвинулся ближе, положив руку на рукоять кинжала.

Я невольно отпрянул. В обществе махарри я провёл уже полторы недели. Старался работать наравне с ними и даже приобрёл зачаточные навыки управления кораблём.

Ночевал бок о бок, делил скудную пищу на привалах. Слушал их истории и делился своими, даже успел потренироваться во владении оружием, отчего пострадало моё тело, до сих пор покрытое синяками, а ещё сильнее – моя гордость, когда Яра за считанные секунды сбила меня с ног и прижала палкой к земле. В самом начале совместного пути Дассим устроил мне целый допрос, заставив вспомнить такие эпизоды своей жизни, которые я и сам-то предпочёл бы забыть.

И несмотря на всё это, мне до сих пор не доверяли, в том числе и те, с кем я сейчас готовился осуществить весьма непростое и опасное предприятие. Если Танкред сохранял вежливость, пусть и с явным холодком, а Яра порой даже проявляла симпатию, то Эла и Йонар даже не особенно скрывали подозрительность, в сочетании с готовностью воткнуть мне нож в спину при любом неверном движении с моей стороны. Отчасти их поведение было оправдано, праздничная атмосфера не могла заставить забыть тот факт, что мы находимся во враждебном месте, почти без оружия, готовясь совершить ограбление, словно сошедшее со страниц книги о Маркиле, а полагаться им приходится на почти незнакомого человека, являвшегося к тому же, хоть и беглым, но аристократом.

Однако, сколь бы оправданным не казалось их поведение, оно всё-таки ужасно раздражало.

- Да, это он, - ответил я, притворившись, что не заметил его движения, - Постарайся не хмурить брови так сурово.