Кровь деспота

Он зазывал подмогу, так что день, начавшийся ужасно, закончится стократ хуже. Думаю, такой неудачник, как я, это заслужил.

Кучка воинов вела меня и Энрико по лагерю, чтобы представить нас командиру отряда. В качестве пленников. Нас бесцеремонно толкали в спины и выкрикивали ругательства на парланском языке. Энрико один раз приложили так сильно, что он упал на взрытую тяжелыми солдатскими сапогами почву. Хорошо, что хоть руки наши были спутаны спереди – лицо от соприкосновения с землей можно было защитить. А вот с затылком возникали проблемы, и несколько вражеских подошв успели оставить на кудрявой голове обездоленного мальдионца свои следы.

– Крепись, Энрико, – печально произнес я. – Эта «деревенька» нам не по зубам.

– Заткнись! – рявкнул один из сопровождавших нас вояк. Стоило внять этому решительному возгласу – месить лицом грязь совсем не хотелось.

Внутри шатра за небольшим столом сидел предводитель отряда – серьезного вида мужчина в самом расцвете сил. Прямо как я.

Кроме темных бровей и щетины, волос на его буйной голове не было. Ни дать ни взять, разрисованное угольками белое куриное яйцо. Такие шутливые сравнения издавна помогали мне бороться с волнением в случаях, когда уверенность в собственных силах походила на гнилое дерево, трескающееся под напором ураганного ветра. Хоть я и не какой-то там безумный фанатик, умирающий от пыток с улыбкой на лице, но иногда смерть заслуживает того, чтобы над ней смеялись. Даже если при этом приходится смотреть ей в глаза.

Взгляд у яйцеголового был недобрым. Он смотрел на нас и явно пытался определить, что мы собой представляем. Какова степень той угрозы, что мы несем ему и его людям. Одного взгляда тут было явно недостаточно.

– Кто такие? – спросил он наконец. В его темных глазах, помимо неприязни, я смог различить усталость. На ожидаемый вопрос следовало отвечать незамедлительно.

– Мы торговцы из империи, – я с гордым видом приподнял подбородок, изображая недоумение сложившейся ситуацией.

 – Мое имя Фосто, по правую руку от меня – мой партнер Энрико.

– И что же вы продаете, торговцы из империи?

– Изделия из ткани: шелковые гобелены и тому подобное, – невозмутимо ответил я.

– Гобелены, значит? А когда вы ползали перед моим лагерем, получается, что клиентов искали, так? Я правильно понял?! Отвечайте! – в конце концов взорвался яйцеголовый.

В какой-то мере я понимал его чувства.