Кровь деспота

Когда к нашей компании присоединился Энрико, засыпавший в котелок овощи и мясо, я начал говорить:

– Дела у нас не то чтобы плохие. Если Райнер не найдет нас здесь, мы вполне можем провести какое-то время в этом лагере. Я думаю, что спустя неделю мы тут станем своими, и Яков не станет держать нас против воли. Отпустит, и мы продолжим путь.

– А если найдет? – спросил Энрико.

– Если найдет, то нам конец. Никто из этих отщепенцев не сможет сражаться с рыцарями. Даже мы вряд ли справимся. Нужно будет бежать, если враг предоставит нам хоть немного времени.

Но про товар придется забыть.

– Я не могу его бросить. Это все, что у меня есть.

– Когда замаячит опасность потрошения твоих внутренностей – бросишь.

Мой ожидаемый ответ не унял решимости Энрико.

– А что, если устроить на них засаду? – вдруг предложил он. Да так уверенно, будто раньше только этим и занимался. – Заманить в ловушку, в приготовленное для атаки место?

– Ты начитался трактатов о стратегии? Если подобное устроить на лесной дороге, то все наши хитрости разобьются об их щиты и мощь боевых коней.

Если устроить это в самом лесу, то шанс, что они попадут в какие-то ловушки, ничтожен. Ну, провалится один из врагов в яму, и что дальше? Эти мятежники, – я стал говорить тише, – разбегутся в разные стороны, стоит им увидеть бегущего на них рыцаря. Будешь сражаться за них, Энрико? Меня это не прельщает.

– Есть еще вариант, – посмотрела на меня Алабель хитрым взглядом.

 – Он нечто среднее между всеми прочими.

Мы с Энрико с интересом выслушали ее.

Я подошел к Якову. Он точил меч, которого лишился Райнер. Рядом валялся и его рыцарский щит.

– Хорошее обмундирование, – сказал я. – Только кузню сменить на поле битвы непросто.

– Что по металлу бить, что по вражьей голове – одинаково. И орудовать мечом не сложнее, чем молотом.

– Подкова вряд ли жаждет тебе смерти. А Райнер – да.

– Вы же говорили, что сильно его ранили.

– Ранили, но как бы его жажда мести не оказалась сильнее недуга. Я думаю, что он не откажется возглавить карательный отряд. Уж простите за откровенность.

– Неужто у нас нет шансов?

– Трудно сказать. Сколько у тебя людей? Я насчитал примерно тридцать мужчин.

– Тридцать четыре. Из них трое сейчас на охоте.

– Те трое хорошие стрелки?

– Да. Но вон, погляди в ту палатку. Там лежат луки, которых хватит почти половине из нас.