Дело житейское

Я не знаю, сколько длилась эта борьба, возможно, меньше минуты, возможно, больше десяти, но в какой-то момент чешуйчатая тварь наконец перестала дергаться, повалившись на бок, и я разжал челюсти, едва не упав сам, когда наконец почувствовал боль в порванных боках. Гранитно-серая шкура способна защитить от многого, однако не от всего.

Но собственные раны волновали меня в данный момент в последнюю очередь. Приняв привычную форму, я бросился к Фриме, ощущая, что жизнь ещё теплится в ней. Досталось полуорчанке знатно: виверна приземлялась на неё и её лошадь задними конечностями.

Множественные переломы, повреждения внутренних органов, обширные раны… Я просто упал рядом с женой в привычную позу для камлания и вцепился в её тело ворожбой, не давая ему умереть, одновременно отправив домой через кольцо приказ бегом тащить сюда Сила.

Дальше мне на какое-то время стало не до чего. Слишком тяжелы были раны, чтобы я мог отвлечься хотя бы на мгновение. Даже давящую ауру присутствия Мрачного жнеца я ощутил лишь когда прекратил кровотечения и вошёл в ритм, заставляя сердце полукровки биться.

– Это начинает входить у нас в какую-то странную привычку, не находишь? – раздался смешок из-под капюшона.

– Трудно отрицать очевидное, – ответил я, продолжая следить за состоянием пациентки и давя в себе страх. Сейчас был явно не тот момент, когда можно было дать эмоциям возобладать над разумом. – Доброго дня, кстати…

– Зря тушуешься, у меня тоже такие бывают, да и у тебя всё могло быть гораздо хуже.

– Новый смешок – И нет, не курю. Но шутка забавная, я оценил, когда её придумали.

Сказать на это было нечего. Мои мысли для Жнеца по-прежнему были открытой книгой, несмотря на все усилия по их защите. В том числе он прочёл и анекдот про торчка, к которому пришла Смерть. Хотя то, что самой этой сущности не чужд юмор, было забавно, но в чём-то даже закономерно. У моего гостя даже, наверное, и правда есть личный рейтинг нелепых случаев на работе вроде премии Дарвина. Странность тут в другом.

– В этот раз не будет речей о естественном ходе вещей? – поинтересовался я.

– Ты вполне усвоил их в прошлый раз, и я не чувствую в тебе нездоровых желаний длить чьё-то существование в одном перерождении излишне долго, – ответила фигура в плаще, сев на дохлую виверну. – Так что мы просто ждём, чтобы узнать, успеет ли твой друг вас спасти или опоздает.

– Нас? – поднял я бровь и почувствовал, что слабею… Раны на боках, кровопотеря, будь она неладна.