Дело житейское

– Долго мы тут? – наконец спросил я, вынырнув из раздумий.

– Второй день. С тобой точно всё хорошо? Ты должен был очнуться гораздо раньше, не такая уж у тебя была страшная кровопотеря.

– Точно – ответил я, смотря на своё обручальное кольцо, которое явственно нагрелось. – Чтобы Фрима тебя дождалась, мне пришлось поддерживать её из тонкого мира, и, похоже, я в конце провалился в нём куда-то глубоко. А теперь вот вылез.

– Постарайся в следующий раз возвращаться в тело быстрее, мятежный дух, – проворчал жрец.

Я же отправился из часовни на запах еды.

Организм не получал пищи двое суток, и желудок буквально выл, норовя начать обгладывать мои рёбра изнутри, да и показаться всем стоило. Уже в дверях храма на меня налетели жёны, почувствовавшие через кольца, что их муж очнулся. Суна тоже присутствовала, но была быстро оттёрта в сторону. Похоже, женский коллектив видел в ней конкурентку. Ну да пусть её, они с Силом могут стать отличной парой, а отношательства с девочкой-бунтаркой… Лучше бы они достались стойкому духом жрецу Света, я в прошлой жизни пару раз попробовал, и теперь соглашусь на них разве что от безысходности. А ей, к счастью, и не пахнет.

Быстро набив желудок и успокоив своих женщин, я вернулся в храм. Кольца связывали всех нас, так что, очнувшись, я чувствовал, что Фрима по-прежнему плоха. Это была не боль или что-то вроде того, но ощущение явственно отдавало дискомфортом, как зуд между лопатками.

Сил пока не мог добавить Света, потому что от этого было бы больше вреда, чем пользы. Но вот мне ничто не мешало снова сделать шаг за кромку, чтобы помочь своей жене.

Тем более, что в этот раз бубен и колотушка снова были при мне, заботливо доставленные моими женщинами от места, где я избавился и от них, и от одежды.

К счастью, Сил был прав: всё и правда уже было неплохо. Органы работали, кровь текла по жилам, позвоночник восстановился, и Фрима встанет на ноги, мозг не повреждён. Я успел вовремя и продержался достаточно долго. Силаниль тоже не опоздал и сделал свою работу, как всегда, великолепно, за что я ему по гроб жизни благодарен.

Всё закончилось благополучно, и скоро полуорчанка очнётся. Наверное, к утру.

Я же сидел и контролировал состояние её организма, заодно стараясь разглаживать шрамы, особенно тот, что прочертил лицо. Фрима дама суровая и характер имеет стойкий, но девушкой она от этого быть не перестаёт, а потому чувствительна к собственной внешности. Возможно, даже больше других. Так что лучше убрать видимые последствия сейчас.