Дело житейское

Это ведь могло стать новым направлением сродни песням охоты или войны. Особенно же хорошо могло получиться, если одно объединить с другим. Но уж хуже от «литании меткости» точно не было. Мне же чрезвычайно хотелось попадать в цель без помощи духов. С магией может что-то случиться, духи могут быть заняты чем-то другим, причём жизненно важным, но вот надёжные и простые инструменты подведут вряд ли. Удар булавы – это всегда удар булавы, а выстрел из лука – это, соответственно, выстрел из лука. Пусть даже тот попадёт не в центр мишени, это всё равно будет попаданием, от которого не спасёт щит.

Промежуточная великанья стрела – это всё-таки сила! Жаль только, что толково стрелять по неподвижным мишеням я научился только к осени, а с подвижными и вовсе пока что завал. Попадаю только благодаря магии, и то через раз.

Однако было бы грешно жаловаться на то, что сделано мало. В конце концов, я с тех самых пор, как приехал и немножко воздал должное медовухе с развратом, начал пахать покруче иной лошади. Стройка храма, работа скульптором, потом строительство башен и домов для крестьян, всё с внушительными подвалами, в которых хоть от бомбёжки прятаться можно.

Рытьё прудов и каналов с туннелями для воды. Опять скульптурные группы. А также летающие не совсем воздушные шарики и вполне себе прямоходящие гандоны, земля им всем стекловатой. Слава Великим Духам, что пока мне везёт, и никто из моих близких не умер. Но никакая удача не может длиться вечно, а значит нужно было озадачиваться дружиной и ополчением.

Скрепя сердце я всё-таки решился на то, что второе в Рирте тоже будет. Конечно, с одной стороны, я великан, чудо-юдо лесное, которое у людей вызывает не самые радужные чувства. Времена и нравы тут простые, о дружбе народов никто не слышал, расизм цветёт и пахнет, для тёмных аки три подвала крестьян «не свой» значит «чужой и опасный». Предсказуемо крестьянство не так чтоб шибко любит моих жён с модным зелёным цветом кожи. Орков вообще мало кто из людей любит. Это создавало определённую опасность в самом объединении моих подданных в некое боевое формирование.

Тем более что крестьяне в пограничье народ довольно боевитый, это не тихие труженики центральных провинций. Наличие всё тех же орков под боком мотивирует уметь давать им отпор.

С другой же стороны, за то время, которое прошло с заселения на мою землю, люди успели привыкнуть и ко мне, и к моим жёнам, которые не принадлежат к человеческому роду. Всё-таки великаны в моём лице налогов тут не выжимали.