Альтея: Полое Солнце (Книга I)

Хоть в чём-то она была согласна с южанином.

Полукровка-гвардеец последовала за Джоном. Улица к тому моменту практически опустела, остались лишь босые дети да мужичье, растаскивающие их по домам.

— А Исталебский Папа у него часом не в дядьях?! — погодя сплюнул Скитлер. — Магнус бы побрал этого молчуна с его друзьями...

— Ворон ворону глаз не выклюет.

— Чаго говоришь?

— Говорю, что этот наймит наверняка не далеко ушел от своих высокопоставленных друзей.

Лирия взглянула на монетку. Подсчитала сколько им идти – свет вёл выше по холму, городок небольшой, сегодня они наконец найдут зачарователя.

— Так-то оно так, — согласился с её вычислениями Себастьян. Он закатал рукав, обнажая многоугольную руну, — токо вот чую эт всё игра на четыре косточки. Старикан явно неспроста затаился на этом острове, ведь ужо мог быть на пути в Ларион. Говорю тебе, серокожая, валить надо отсюда после того, как снимем проклятье, да подальше.

«Может зачарователю нужен был только Миллард? — предположила девушка.

Она прикоснулась к фамильному кристаллу. Свечение…

— Чё ты его вечно трогаешь, а?

***

Внутри купален пахло водой с розмарином. На деревянных столиках, покрытых конденсатом, вместо кубков с вином лежали гвардейские орудия труда – железные щипцы, колючий пояс, коленодробилка, бабская металлическая груша, и тиски… для мужских яиц.

Некогда языкастого крестьянина утащили в подсобку.

Миллард принялся излагать Вильгельму всё случившееся. Как он умел лучше всего: быстро и оставляя лишние, вроде стрижей-фанатиков, неудобные темы. Именно в такой компании ему было спокойнее всего – между ним и гвардейцами было много общего.

В иной компании дружелюбия к Джону никто не проявлял. И облик его, и речи, внушали опасения всем, кого ему приходилось встречать. Будто бы он находился за гранью, делившей Альтею на нормальную и нездоровую часть.

Миллард избегал зеркал и старался бриться у парикмахера, если было что брить. Неудивительно, что каждый из гвардейцев "Розы" стал для него закадычным товарищем. Они были такими же.

Закончив с рассказом, Миллард протер вспотевшее лицо. В купальне было ещё жарче, чем на улице, а он стоял в кирасе и кожаном табарде.

— Без рюмки жженки тут не разберешься, — подытожил Вильгельм.