Альтея: Полое Солнце (Книга I)

От последних, стрижей, мне приходилось особенно бережно прятать свою осведомленность об алгоритмах работы Альтеи.

Старик с ассистентом пустили корни на острове не хуже меня – Норрису удалось шантажировать местного землевладельца, бургомистра Ладислава, помогать в наших экспериментах.

А опыты наши были страшны.

Норрис был бы в моих глазах обычным шарлатаном, если бы не то, что я видел своими глазами. Слуги бургомистра присылали к нам должников, сирот и больных – все они обращались в прах пред неукротимой силой древности во время наших ритуалов.

Я был в ужасе.

Часто спрашивал себя с тех пор, почему же мой воспаленный разум соглашался помогать зачарователю отправлять эти несчастные души на руну, где их ждала неизбежная кончина?

Я задаю себе этот вопрос, но в ответ мне тут же являются виденья: меч, занесенный над нашим миром; возвращение древней силы, способной поработить нас всех. Именно потому Норрис с ассистентом спешили. Спешили как можно быстрее обуздать эту силу.

Но она искала нас в ответ.

В этом году, после зимнего солнцестояния, наши эксперименты приближались к успеху, а я начал видеть сны: безумные кошмары, полные неясного ужаса, гротескные образы гнались за моим разумом, выискивали меня в ноосфере!

Я не могу думать о нашем светиле, Игнисе, без дрожи, которую у меня вызывают существа, быть может, ползающие средь полостей Альтеи. Они готовились, мы это знали: Норрис и его ассистент почти не разговаривали.

Эксперименты затруднились, ведь наш покровитель, городничий, разругался с зачарователем. Всему виной делегаты Федерации, но что есть наша мелочная политика пред страшной силой извне?

На прошлой неделе, на Вознесение, я впервые заметил их агентов. Трубадур, обратившийся ко мне на улице с какой-то остро непристойной иронией, знал о руне Норриса. Выпрашивал, что же я знаю. У меня хватило сил не сказать ничего.

Богиня! Будь я немного разумнее, то бежал бы в тот же день.

Норрис так и поступил, он пропал, и с тех пор я о нём ничего не слышал. Старик взял корабль в Беломорье, забрав с собой все наши наработки. Остался только нерасшифрованный мною дворфский манускрипт.

Как я уже говорил, мои познания были широки, однако этот текст пришёл к нам из такой древности, когда ещё наши океаны плясали озёрами средь ледяных пустынь. Я клянусь, что в тот день расшифровал манускрипт.