Десять тысяч стилей. Книга третья

Махус стал достаточно сильным и быстрым, чтобы навредить его телу. Ливий все еще восстанавливался.

Лекари ослабили свой контроль и разрешили парню приходить в лазарет раз в три дня. Это здорово обрадовало Ливия, ведь теперь он мог входить в глубокую медитацию. Раньше Волк боялся, что банально «проспит» поход к лекарям.

Ливий расслабился и вошел в состояние поверхностной медитации. А потом медленно погрузился сильнее. Он уже давно этого не делал – целых три года. Но все прошло хорошо, и вскоре Ливий утратил все чувства, в том числе и ощущение времени.

Все глубже и глубже. Ливий отлично помнил, каково это. Вскоре он был уже на той «глубине», на которую опускался в прошлые разы. Снизу Волк слышал шепот.: подсознание пыталось ему что-то сказать. Раньше Ливий опасался погружаться глубже, но сейчас Волк уже ничего не боялся. Он был в таких глубинах своего разума, что подобным его нельзя было испугать.

«Сильнар? Разве он еще нужен?».

«Искать тех, кто за всем стоит».

Ливий игнорировал обрывки мыслей, витавшие во тьме вокруг него.

«Убивать – это просто».

«Сила Юпитера, поддайся ей».

Темнота вокруг стала практически вязкой. Одно радовало – она не двигалась. Ливий будто попал в желе, которое старалось удержать его здесь, рядом с мыслями.

«Ярь опасна».

«Зачем рисковать? Юпитер может выйти из-под контроля».

Пусть Ливий и игнорировал свое подсознание, он все же к нему прислушивался. Все эти обрывки были гранями, они были отражением его самого, его собственного разума.

Ноги уперлись в дно. Волк открыл глаза и понял, что видит картины из своей жизни. Смерть матери, убийство Фурио. Лица проносились одно за другим, как дети на карусели. Ливий просто сел в позу для медитации и стал поглощать ярь.

Волк не закрыл глаза. Он не пытался избежать своего прошлого. Раньше Ливий не смог бы контролировать свои эмоции в этом месте, но не сейчас. Он бывал здесь когда-то. Тогда Ливий проходил испытание Школы Мысли, и вновь пережив убийство своей матери и уничтожение «Синей Розы», попал сюда, на дно разума.

Еще не так давно Ливий был ведом своими эмоциями. Теперь он был готов. Картины прошлого закончились. Не удивительно – подсознанию больше нечего было показать Ливию.

Когда Волк открыл глаза в реальном мире, то понял, что кто-то колотит в дверь его жилища. Ливий встал, ноги сильно затекли после медитации. Он подошел к двери и открыл ее, чтобы увидеть обеспокоенного Махуса.