Слово не воробей

Виктор пересказал ей содержание письма. Когда рассказ дошел до процедуры пополнения чернил, Кукушка начала нервничать, но все же взяла себя в руки и сказала - “Дуй в душ. У нас мало времени. Я все подготовлю и будем уходить. И переоденься, а то вся одежда в крови испачкана.” Горячая вода смыла грязь, кровь и усталость. Виктор вышел свежим. На нем была синяя футболка, и тренировочные брюки, в которых он вел спаринг с Кукушкой на острове. К этому времени две кровати были обвязаны веревкой, которая была спущена через открытое окно.

Увидев Виктора, Кукушка сказала - “Прямо спортсмен, совершающий вечернюю пробежку! Ладно, давай я первая слезу, потом ты спустишь на веревке оба рюкзака, а потом и сам слезешь. И не забудь свет погасить!” Пока Виктор одевал свой рюкзак, Кукушка ловко смотала конец веревки в клубок и закинула его в открытое окно. Он проследил как она ловко спустилась вниз, передал ей рюкзаки, после чего выключил свет и спустился сам. “А зачем мы тогда платили аж за три дня?” - задал давно мучающий его вопрос Виктор. “Потому что, мы слишком заметные. У администратора гостиницы должно сложиться мнение, что мы будем отдыхать три дня после успешного задания. И даже если он кому-то сообщит про нас, то там тоже не будут прямо спешить за нами.” Она намотала конец веревки на продолговатый камень и ловко закинула его в окно, надела свой рюкзак указала на выход из проулка и сказала - “Пошли. До бара “У пристани” еще минут тридцать пешком.” Ночной город переливался разноцветными огнями. Мимо проезжали конные, кареты, паробусы. Несколько раз проехали паровые машины. Виктор смотрел на это во все глаза и если бы не Кукушка, которая настойчиво тянула его за руку, то наверняка бы отстал или же потерялся. Никто не обращал на них внимания. И даже прошедшая мимо них толпа веселых дружинников в боевых костюмах, не обратила на них внимания.

Вопреки своему названию, бар “У пристани” находился на обычной улочке, освещенной всего пятью фонарями. Кукушка уверенно открыла дверь затащила Виктора внутрь.

Внутри стояло пять столиков, барная стойка и пианино. Два столика были заняты посетителями. Низкорослый исполнитель играл на пианино и тянул заунывную песню про любовь, своим хриплым голосом. За барной стойкой стояла хрупкая девушка в черном платье и белом переднике. Она посмотрела на Кукушку с Виктором своими серыми глазами и вновь обратила свой хмурый взор на завывающего исполнителя. Кукушка сняла рюкзак, села за один из столиков и сделала приглашающий жест Виктору.