Слово не воробей

«Все испортил! Все из-за тебяяяя!» Он веселился и кривлялся, повторяя последние слова. А Виктор вдруг понял, что он действительно упустил момент. Чувство вины начало переполнять его. «Да, с гнильцой ты оказался! Мухахаха!» - чернокнижник измывался как мог. «Кстати, о гнильце!» - последнюю фразу произнес властный и жестокий голос. Из складок халата чернокнижника вылетел полностью черный кинжал. Он прорезал длинную борозду по левой руке Виктора так, чтобы все лезвие оказалось в его крови. Боль от пореза пришла с небольшим запозданием, но именно она принесла с собой силу.

Сила лениво растекалась по всему телу, выгоняя из каждого его уголка страх и вину. Но эти чувства не исчезали, а собирались в единый пульсирующий комок в груди. «Какая любопытная татуировка у тебя на груди – смерть. Прямо в тему!» - голос чернокнижника отвлек его от новых ощущений. Он держал в руках кинжал, клинок которого окутывал черный туман. Он провел этим клинком по второй руке Виктора так же, как и по первой. Порез пришелся на уже пульсирующую красным надпись «Сила». В этот момент сила, заполнившая все тело, сдавила пульсирующий комок в груди до размеров горошины. Но это была не горошина, а сжатая до предела пружина, которая ждала сигнала. Сигнала от Виктора. И он знал, как этот сигнал подать. Он хладнокровно оценил свои возможности и дождавшись, когда чернокнижник закончит проводить кинжалом, мученически кашлянул пытаясь что-то сказать. Чернокнижник подошел лицом к лицу к Виктору, опустил занесенный кинжал и участливо спросил – «Хотите что-то сказать, на прощанье?» На что Виктор очень быстро и внятно спросил – «Дядя чернокнижник, а у вас какой ранг?» Чернокнижник опешил и ответил «Первый, а что?» Пружина выстрелила по команде Виктора. За мгновение страх, вина, сила смешались и превратили тело Виктора в маленькое, но яркое солнце. Он почувствовал, свободу движений, невероятную легкость и скорость. Время замедлилось и он начал действовать. Он нанес мощнейший удар, который выбил кинжал из руки чернокнижника. При этом Виктор успел поймать его за рукоять. Мгновение на более удобный хват и дымящееся черным туманом лезвие проходит через шею врага, как нож через масло. Виктор продолжает вращение вокруг своей оси и на выходе из второго оборота вбивает клинок в ухо отделившейся головы. Выпускает рукоять и приземляется на ноги. Через мгновение время вновь ускорилось до своего обычного течения.