Тропы разума

— Слушаю, — её голос был усталым и громким, чтобы как-то перекрыть шум дождя.

— Алексис, привет, — раздался мужской голос с другого конца трубки, — я буду не скоро, может, ближе к утру.

Алексис горько вздохнула, и боль появилась в ее глазах.

— Я поняла, Стив, — с такой же горечью сообщила она мужчине. — Утром я опять уезжаю к пяти, так что можем не встретиться. Еда будет в холодильнике, если вдруг надумаешь поесть.

Мужчина в трубке уже не слышал, что-то громко крича кому-то другому. Алексис нажала на красную кнопку в виде трубки, чтобы отключить вызов, услышав напоследок слова Стива:

— Что, Алекс, прости, я не…

Послышались короткие гудки, обозначающие, что вызов завершён.

Алексис отключила телефон, положив его в сумку. Теперь ей снова придется выйти из своего укрытия, чтобы как-то дойти домой, учитывая, что осталось каких-то пять минут.

Она снова с горечью подумала, что не увидит Стива опять. Третий день подряд. Такая жизнь заметно наскучила ей: уезжать в пять, приезжать в десять и не видеть Стива, который тоже приезжает тогда, когда она уже уезжает.

Алексис понимала, что так нельзя. Нельзя жить с человеком, но абсолютно не видеть его. Но каждый раз, когда она думала об этом, понимала, что сил что-то менять у нее не было.

Алексис быстро забежала в подъезд своего дома, вытаскивая ключи из сумки. Они издали характерный звон, а после послышался щелчок замка. Зайдя в свою квартиру, в которой, по идее, жил ещё один человек, Алексис первым делом избавилась от всей верхней одежды, которая промокла насквозь.

Она вошла в их общую со Стивом, но такую отдельную спальню, чтобы взять фен. Теперь по всей квартире раздавалось его жужжание, прерываемое лишь стуком дождя об окно.

Когда с волосами было покончено, а сама Алексис была сухой и в чистой одежде, девушка потопала босыми ногами в кухню. В ее холодильнике оказались только остатки гречневой каши, которую она успела состряпать четыре дня назад, в свой единственный выходной. Алекс неодобрительно покачала головой: на двоих этого вряд ли хватит.

Но потом она вспомнила, что Стив, похоже, так и не услышал ее последнего предложения, а значит, она может все это съесть. Кастрюля с громким стуком поставилась на грязную плиту, которую некому было почистить. Щелчок, и голубое пламя газа окружило конфорку.

Алексис стала ждать. Чай был заварен, а большего ей не требовалось. Звонок телефона снова отвлёк её от своих мыслей, и она взглянула на часы, прежде чем пойти в спальню за телефоном.