Гнев Стикса - 2

- А кто же не хочет? – оставшийся глаз белым пятном резко выделялся на темном фоне его лица, почерневшего от грязи и засохшей крови. – Даже твои тупые рабы, которые только жрут и срут, тоже жить хотят. И ты тоже хочешь.

- Я говорю о тебе.

- Хочу. А у меня есть варианты?

- Есть. Они всегда есть. Я еще не решил, что делать с тобой. Возможно, что ты станешь мне полезным.

- Тебе нужна информация? Вряд ли я соглашусь. В любом случае, ты потом убьешь и сожрешь меня.

- Мне, пока что, не важна информация о твоих товарищах, которые еще живы.

Расскажи мне обо мне? – он вновь приложил ладонь к ранам и убрал снова накатившую на пленного боль.

- Я тебе и о тебе? Странно!

- Расскажи, что ты знаешь обо мне и таких, как я? Что тебе известно? Кто мы для вас и почему вы нас убиваете?

- И это все?

- Я жду.

- Вы – атомиты. Вы потеряли человеческий облик. Но не это для нас, нормальных людей, не столь важно. Среди нас много тех, кого зараза этого мира не смогла обратить в кровожадных тварей. Они изменились в облике, утратив человеческие черты, но их сознание, образ мышления, остались человеческими.

У вас почти остался человеческий облик, но разум изменился.

- Значит – атомиты… - Старший некоторое время раздумывал над сказанным. – А почему именно атомиты?

- Вы мутировали под воздействием радиации, которой заражены эти кластеры. Центральный кластер Зоны, которую мы охраняем, перенесся в этот мир после применения в нем очень сильного ядерного оружия. Оно там все выжгло, испепелило и заразило радиацией.

Теперь радиация распространилась и на соседние территории.

- Ты хочешь сказать, что если бы тут не было радиации, я и другие, как ты говоришь, атомиты, остались бы такими, как и вы?

- Да.

- И в чем наша вина перед вами? Это не мы так решили!

- Это уже случилось и изменить ни мне, ни тебе невозможно. Мы разные. У нас те же, что и в прошлой жизни, уклад и образ мышления. И главное, мы не едим друг друга!

- Вот видишь, мы говорим совсем немного, а мне уже интересно. Ты смог отсрочить принятие мною решение о твоей смерти.

Пока отсрочить. Тебе дадут еду и воду. Живи. А я буду думать над твоими словами. Мы еще побеседуем.

Старший поднялся и направился к выходу, где его с нетерпением ожидал помощник.

- Ты хочешь его печень или сердце, Старший? Только прикажи!

- Я хочу, чтобы ты не путался у меня под ногами, - он повернулся к стоящему возле выхода Белому воину. – Сделай так, чтобы я этого, - он кивнул на помощника, - сегодня не видел.