Эдемский Маг. Том III

Многие из них давно отсидели за грабёж, за насилие, парочка умудрилась получить срок и за дурманящие вещества, на которых сидели все без исключения пареньки из трущоб. Только они то и остались с Вальтером, а тот и не удивился. Такие всегда оставались рядом, ведь знали на своей шкуре каково это — жить в разваливающихся домах на окраине столицы, в окружении грязи, попрошаек и противных тараканов с крысами, сновавших из одной убитой улицы в другую.

Мать делала всё что было в её силах. Приходила она поздно, а если и приходила, то никогда и не думала спросить про учёбу, друзей, про жизнь своего сына.

Не потому что было неинтересно или совершенно наплевать, а потому что Вальтер всегда к её приходу тихо посапывал в своей скрипучей кроватке. Мать улыбалась ему, стоя в дверном проходе, потом на цыпочках подходила к изголовью кровати и легонько целовала в лоб своего единственного мужчину на всём белом свете. Целовала страстно, с любовью, а он всегда чувствовал. Вальтер старался сделать вид спящего только за тем, чтобы не донимать матушку этими бесполезными разговорами. Он знал как ей тяжело и, что более важно, он понимал, что она делала всё буквально на пределе своих возможностей. Он давал ей отдыхать, так как знал, что отдых был нужен матушке как кислород аквалангисту.

Так проходил год за годом. Школа кончилась, кончились и язвительные насмешки. Работы на окраине не было, центр столицы нещадно вышвыривал Вальтера на порог биржи труда, и всё что оставалось парню — набраться терпения и пробовать найти любую подработку в этом жестоком городе, в самом сердце Нижнего мира.

— Чё, любишь мать? Работай давай, работай. Вкалывай как папа Карло если хочешь вытянуть её из этой жопы. Она хорошая женщина, я знаю. Здоровая, сильная, до сих пор сексуальная, а с годами становится только соблазнительнее, — приговаривал шеф-повар Джон, суровый мужчина, обвитый жгутами мышц и поросший густой чёрной бородой.

— Да, она принцесса, красавица… Рыжеволосая фурия, — с любовью приговаривал Вальтер, продолжая чистить картошку и ловя улыбки Джона. Шеф-повар был хороший мужик, но чересчур ценил сейф в своём кабинете, полный огромных, привлекательных денежных сумм.

— Мам, я дома, — крикнул Вальтер с порога, застав дома лишь тишину. Уставшая матушка уже сопела на боку и единственный мужчина в доме поцеловал её в лоб, перед этим убрав рыжую прядь ей за ухо.