Симфония Луны и Солнца

Борбас, будучи дворфом, мог спать в любых условиях – в домашней тёплой кровати или в лесу, положив голову на бревно – ему было всё одно. Он умел уснуть под проливным дождём или на столе в переполненной людьми таверне. А будить его всякий раз было непросто и весьма травмоопасно. Однако сейчас дворф не смог бы уснуть при всём желании. Накопившаяся в его сердце ярость и ненависть не давали покоя. А бессилие пленника, закрытого в прочной клетке, добивало в нём остатки здравомыслия. Дворф бы напал на разбойников с голыми руками, дотянись он до них через узкую решётку.

Но те предусмотрительно расположились чуть в стороне, в пяти-шести шагах от телеги, не теряя при этом пленников из виду. Костёр, разумеется, разводить не стали, чтобы не выдавать в ночи своё присутствие. Три разбойника наспех поужинали, а затем, не снимая с себя доспехов, завернулись в одеяла и вскоре захрапели. Здоровяк прислонился спиной к стволу единственного в зарослях дерева и не спускал с пленников глаз, иногда демонстративно поигрывая булавой и многозначительно улыбаясь дворфу.

Вскоре солнце исчезло совсем, и на землю опустилась тьма. В темноте дворф видел чуть лучше людей. Глаза его расы привычны к тусклому освещению горных пещер, обычно служащих дворфам домом. Пользуясь этим небольшим преимуществом, Борбас начала внимательно изучать свою импровизированную темницу, стараясь не сильно привлекать внимание здоровяка. Он тщательно обшарил каждый прут, отделяющий его от свободы, несколько раз прошёлся ладонями по всему полу телеги.

И лишь до потолка он не смог дотянуться в силу своего небольшого роста.

Однако усилия дворфа не пропали даром. Доски, из которых был сколочен пол телеги, казались широкими и прочными. Они крепились к каркасу толстыми железными гвоздями, и вырвать или сломать их было невозможно. Почти. В самом углу клетки одна из половых досок немного подгнила сразу с двух сторон, и дворф понял, что, скорее всего, сможет выломать её, если появиться такая необходимость.

Что это может принести, он пока не знал – в образовавшуюся дыру всё равно не пролезет ни дворф, ни человек. Но, быть может, он сможет вытащить из прогнившего дерева пару острых гвоздей…

Внимательно изучив жерди, из которых была сколочена клетка, Борбас заметил, что не все они одинакового размера. Одни были толще, другие тоньше, и срублены все – из разных пород дерева. Очевидно, что клетку сколотили наспех не самые опытные плотники.