Алекс. Безродный

Очень амбициозно, если учесть одну странность: эти прерии никогда не принадлежали ни одной империи или другой подобной структуре (вычитал об этом в библиотеке). И это явно не просто так...

— Кстати, — Сисилия вновь повернулась ко мне и продолжила рассматривать, — а насколько силён и крепок твой ученик? Я хоть и сказала, что он, на мой взгляд, способен многих одолеть, но как дела обстоят на самом деле?

— Недавно мы выходили за город и попали в засаду, — нахмурившись, начал шептать старик. — Около двадцати дезертиров, среди которых были мужья с топорами, мечами и дубинами.

Некоторые из них имели луки и арбалеты. Ни одного достойного ему не нашлось. Я, конечно же, подстраховал, но, можно сказать, он в одиночку справился. Впрочем, только такой и мог бы стать моим учеником. Всяких бездарей вокруг и так хватает.

— Ничего себе! — восхитилась женщина. — Да тебе же надо прямо в наши гвардейцы идти! Быстро получишь звание тысячника!

— Боюсь, что тут трудно будет что-либо сделать, — покачал Констиниус головой. — Сейчас он мой ученик и находится на моём попечительстве.

— Ой, да бросьте вы, — махнула та рукой. — Достойные кадры должны занимать достойные должности. А то, что он не уроженец нашего княжества… Откуда родом начальник стражи Дариус, вы и сами знаете. Важны лишь лояльность, дисциплина и честный, упорный труд.

— И всё же, пока я не могу вам его отдать, — настаивал Хранитель. — Принципы не позволяют. Тем более что мы только-только достигли прогресса в развитии...

— Очень жаль, господин Констиниус, — вздохнула Сисилия.

— Нам бы такой гвардеец не помешал. Даже просто рыцарь. Но вынуждена признать, учителей магии в нашем княжестве практически нет. Нехорошо будет зарывать его талант.

В этот момент в стороне от нас открылась дверь, и из соседней комнаты вышел мужчина в чёрном смокинге и белых перчатках. Лет тридцати, как мне кажется. Он тут же направился в сторону винтовой лестницы, где чуть в стороне сидели музыканты, что настраивали свои инструменты. Увидев его, те быстро завершили свои приготовления и расселись по местам.

Забравшись на трибуну, мужчина из своего рукава достал деревянную палочку и постучал, давая знак приготовиться. Дирижёр взмахнул руками, и заиграла музыка.

Честно, никогда не понимал всю эту суету вокруг балов. Куча людей встречаются и без всякой энергии пьют алкоголь и едят небольшие закуски. Ладно бы просто дела обсуждали, но ведь нет: всё в каких-то закулисных кулуарах обговаривается и решается. А бал – так, для показухи.