Алекс. Безродный

— Да куда эта собака сутулая уползёт?! Шавка из поместья с выпущенными кишками и то активнее ползала! А-ха-ха! — ответил знакомый мне хриплый голос.

Так вот как зовут любителя пинать связанных. Брайкс, значит...

Это вообще что, какой-то пранк? Слишком наигранно, тупо, бестолково. Что за придурки столпились вокруг?.. Даже поиздеваться нормально не могут. Какое-то сборище дебилов...

— Эй, а ну ржать прекратили! — произнёс кто-то властным тоном. — Снимите с этого здоровяка грёбаный мешок, а то рожу не видно. Хочется ещё раз взглянуть на его белую физиономию.

И кляп достаньте. Посмотрим, что он скажет. И жаровню подготовьте, а то вдруг птичка петь не захочет. Так мы поможем. — И даже он не удержался от ехидного смешка.

Когда с меня сдёрнули мешок, свет резанул по глазам, ослепив меня на несколько долгих секунд. Но это я претворялся. Само собой, я сообразил зажмурить глаза. Следом и мерзкую тряпку изо рта вытащили. Только болтать я не торопился и лишь приподнялся, чтобы лучше оценить обстановку.

Так, посмотрим, что тут у нас… Средневековье.

Грёбаное средневековье! Или просто сборище реконструкторов, только тупых, как пробки, и нарушающих законы? Не, вряд ли. Тут другое… Судя по частично окровавленной одежде и нескольким раненым, реконами тут ни черта не пахнет. Зато кровью несёт будь здоров! Ребята явно недавно кого-то грабанули, только перевязаться не додумались. Вот уж дебилы… Раны-то не антуражные, а гангрену ещё никто не отменял. Реконструкторы уж первую-то помощь додумались бы своим оказать! А эти, вон, скорее выгружать мешки, что звенят чем-то металлическим. Уверен, там награбленное.

«Хабарчик…» — подумал я, мысленно потирая руки и алчно улыбаясь.

Для освоения в новом мире - то, что нужно. Грабь награбленное! Только придумать, где и как продать. А для этого желателен голосистый язык. Ничего сложного. Если они, конечно, не мутанты какие-то невероятно сильные. Впрочем, по движениям видно, люди как люди...

Хотя, может и не совсем люди. Прям классические бандиты, только в средневековые.

Даже рожи у них соответствующие. Такие, словно выбрали самых отпетых уголовников, у которых на физиономии отражался весь список преступлений.

Главарь их, а его вычислить было просто, – приземистый, лысый, темнокожий, но скорее от загара, нежели по происхождению, качок, да и одет лучше других. А рядом с ним, держа мешок в руках, стоял плюгавый мужик с крысиным лицом и здоровенной плешью на башке.

Осматривая лагерь, старался сильно не косить глазами.