Алекс. Безродный

— Я могу позволить тебе пройти через чёрный ход, — заговори он с лёгким прищуром и лукавством , — но только при одном условии.

— И каком же, — с таким же прищуром спросил я.

Склизкий гад, как змея.

— Идём со мной, — Старик развернулся и поманил рукой. — На месте расскажу и покажу.

Со скребущими на душе кошками я побрёл за ним, ругаясь про себя. Нет, так просто меня не отпустят. Это я печёнкой чую. Какая-то подлянка сто процентов будет.

Мы шли по коридорам, которые, казалось, ещё больше покрылись плесенью, чем те, какие я уже видел.

Пыль сильно сушила воздух. Пристально смотря по сторонам, обнаруживал в некоторых углах паутину.

Интересно, а книжных червей тут, случаем, не водится? Другой же мир, все дела.

Всю дорогу меня не отпускало чувство неправильности происходящего. Этот старикашка явно задумал какую-то подлянку потехи ради. Вот только я не понимаю мотива. Для него я никто и звать меня никак. Зачем ему тратить на какого-то там кочевника время и нервы?

А ещё меня не отпускала мысль о том злополучном «шпийоне», который и сегодня пребывал в библиотеке и чей взгляд я периодически чувствовал, хоть и мгновение.

Не-е-е, господа присяжные. Здесь явно какая-то мутная вода бурлит, вот только какая?

Пройдя меж полок, столов и столбов, мы подошли к запертой комнатушке с небольшой деревянной дверью с громоздким металлическим замком на ней. Хоть тот и покрылся небольшой ржавчиной, сломать его было бы практически невозможно.

Достав связку ключей, Констиниус отворил скрипучую дверь, и мы вошли внутрь.

Мне пришлось даже немного пригнуться, поскольку проход был даже ниже, чем те, через которые я в этом здании ходил.

— Взгляни в сторону самой дальней стены, — начал Хранитель чуть тихо, попутно зажигая местные факела из воска на стенах своей свечой. — Видишь возле неё книги?

Я посмотрел и, угукая, кивнул. Книг здесь, конечно, до хрена и больше. Да и просто каких-то ящиков не меньше.

— Вот за ними и находится чёрный ход, — с лёгкой ехидцей сказал старик. — Твоей задачей будет вынос, сортировка и разложение всех здешних книг по нужным полкам.

Как справишься, открою дверь и можешь идти на все четыре стороны.

В конце он, чуть пожав плечами, с улыбкой чеширского кота взглянул на меня в ожидании моего решения.

Хлопая глазами, я в недоумении смотрел то на старикашку, то на всю эту кучу хлама. Через пару раз остановился.

— Старик... — тихо прошептал я, скосившись на горы вещей перед собой, — так здесь же работы недели на две, если не больше...