4. Меч и Магия: День Разрушителя

Как и то, что Куза жива.

- Теперь Куза никогда не отпустит папу! - девочка прижалась к отцу так, что тот почувствовал удушение. Её голос дрожал, а на глаза наворачивались слёзы. Маленькие губки вновь и вновь касались толстого отцовского лба. – Куза всегда будет рядом! Всегда-всегда!

Улыбка на клыкастом лице расширилась. Глаза Крога так же покрылись слёзной пленой и пусть всего на мгновение, но воин утратил всякую бдительность. В голове всплыли слова Лиары, когда та предлагала Крогу уйти, дабы не подвергать Кузу опасности.

Правильно ли он сделал, решив остаться? Была ли кровавая клятва важнее безопасности его дочери? Крог не мог знать ответов. Он знал только то, что если придётся, он без раздумий отдаст свою жизнь за каждого из тех, кто ныне держал с ним путь. За Кузу. За Лиару. За Шеймуса.

- Думаю, это всё мама, - немного успокоившись, промолвила девочка. – Мама привела папу к Лиаре, а Лиару к Кузе. Мама и дедушка.

- Старик Травгар, - кивнул Крог в знак уважения к почившему орку. – Третий отец. Травгар и Зулзак многому научили Крога и Ку’сиба.

Хм! Что, злодей, помнишь папашу? Знатный был зверь!

Бурая ладонь разворошила шерсть на макушке волка. Кус попытался прикусить, продемонстрировав игривый настрой.

- Первый отец – тот, кто дал жизнь. Второй отец – тот, кто научил сражаться. Третий отец – тот, кто научил мудрости, - вспомнила поучения деда девочка. На её лице расцвела улыбка. - Хи-хи! Выходит, второй отец Кузы – Вик’тор? А третий? Шеймус?

- Да! – не сдерживая хохот, выстрелил Крог.

– Этот научит! Ха-ха-ха!

Девочка ответила синхронным хохотом и вновь прижалась к шее отца. На сей раз куда более мягко и спокойно. Разделяя настрой друзей, опьянённый приливом сил и собственной игривостью, к Крогу попытался прильнуть и Кус. Прямо посреди торговой площади, невзирая на наличие навьюченных сумок, зверь поднялся на задки и опёрся лапами на орков. Застыл. Окружение наполнил детский смех и недоумевающие взгляды прохожих. Да, Крог понимал, что нужно сохранять конспирацию, но в нынешний момент он жаждал совсем иного…

- Иди, выбирай мёд, - клыки обнажились в широкой улыбке.

В одно движение орк стянул со спины дочь, перехватился и закинул Ку’сиба на плечи. Волк продемонстрировал ленивое сопротивление, но отныне он был прочно закреплён на спине вожака. Среди толпы зевак послышался гул, плавно переросший в хор хохота. Но самое главное, что среди всех окружающих голосов и звона смеха звучал тот единственный, на который так сильно рассчитывал Крог.