Проект "Свет"

Вверху продолжали кружить военные вертолеты. Эпично, конечно. Однако это не решало проблему. Так ведь можно и весь день прождать, чтобы к ночи услышать, что эвакуация откладывается на завтра.

Колонна проехала, уазик вернулся на место. Раздался треск динамиков, установленных на автомобиле.

Неужели дождались?

– Граждане! Эвакуация назначена на двенадцать ноль-ноль с площади двухсотлетия Коврова! В первую очередь подлежат эвакуации женщины и дети! Их будут вывозить автобусами! Во вторую очередь остальные! Просьба сообщить об эвакуации выжившим жителям города! Повторяю!.

Все всё поняли, но никто не спешил расходиться. Как только старший покинул уазик, люди обратились к нему с нашей общей проблемой.

– Город объявлен карантинной зоной! – теперь вещал он из личного мегафона. – В ближайшие недели въезды и выезды будут перекрыты! Покинуть город можно будет только на автобусах в составе организованных колонн! Сразу предупреждаю: во избежание случаев мародерства в Коврове будут действовать патрули! Возвращать в город вас также будут организованно в составе колонн!

На старшего посыпались новые вопросы.

– Что сказали? – спросила Алена, когда я вернулся.

– В двенадцать будут эвакуировать с площади двухсотлетия.

– Здорово!

– Не очень. На машинах ехать нельзя. Только в автобусах. В первую очередь повезут женщин и детей. Во вторую остальных. Но это уже будет завтра.

– И когда сможем вернуться? – подключилась Валентина Федоровна.

– Ориентировочно вывезут на две-три недели. Сказали брать с собой самое необходимое. Не больше двух сумок в руки. Чтоб сами могли нести. Питание, жилье и медицинскую помощь обещали предоставить. Я спрашивал, можно ли уехать к родственникам. Сказали: разрешат. Ну а здесь останутся одни только военные. Они будут присматривать, чтобы ничего не разворовали.

– Да они первые разворуют! – в сердцах выпалила Валентина Федоровна.

– Сказали написать на дверях или прикрепить на скотч записки с надписью «живые», где нет пострадавших. Обещали уделить этим жилищам особое внимание.

– А что говорят по поводу этого всего? По поводу тварей? Они так и продолжают думать, что у нас эпидемия и мы тут с ума посходили? – спрашивает Алена.

Пожимаю плечами.

– Они делают вид, что у нас эпидемия. Слушать они не хотят. Все идет так, как я предупреждал. О правде не скажут ни слова.