Сказка На Ночь I: Перерождённый

Вампир закувыркался в воздухе, запутавшись в плаще, пролетел так с десяток этажей, а потом смог всё же взмахнуть крыльями и взлетел обратно. Когда Кренг оказался в комнате, он увидел лишь обнюхивающего помещение оборотня. Беллы не было. Лишь на остатках стены появилось новое красное пятно, с уже подсыхающей кровью. По словам Люка, оно смердело вампиреллой.

Вероника, теперь постоянно державшая связь с Кренгом, резко вскочила со стула, раздражённо отбросила книгу и ударила стол кулаком. Толстая столешница, треснула напополам, обваливаясь вовнутрь.

- Кренг! Как ты мог упустить Сердце Уробороса! Не смей показываться мне на глаза, пока не вернёшь его! – кричала Королева, устремив взгляд в никуда. – И слушайте меня все! Мне нужна голова Беллы! Найдите её хоть под землёй! Доставьте мне её живой или мёртвой! И просите всё, что угодно! Плачу любую цену!

 Чёрный замок, пронзённый небоскрёбами, исторг из себя тучу летучих мышей, устремившихся на окраину города, к порталу.

Глава 2.11.

Глава 2.11.

Чёрный кокон, не различимый в темноте подпространства, мягко раздвинул ткань мироздания и выдавился в чащу леса. Высоченные стволы деревьев корабельными мачтами возносились к пронзительно-синему небу с редкими перьями облаков. Между лесными гигантами ютился небольшой двухэтажный дом с покосившейся крышей. Дорожка, выложенная каменными плитами и ведущая от дома к озеру, была разбита молодыми побегами сосенок. Упорные деревца заполняли почти всё пространство луга, который некогда расстилался перед домом.

Кокон растворился в воздухе, оставляя после себя фигуру чёрного рыцаря. Мрак подошел к дому, наклонился и коснулся земли рукой. Под его пальцами она рассыпалась серым пеплом. 

«Саламандра. Это она поставила Кольцо Огня, защищаясь от Смерти. Выжгла всё, даже камни обратила в пепел, но остановила ли? Следов нет.

Рыцарь подошёл к домику, оставляя глубокие отпечатки в кольце безжизненного пепла, поднялся по растрескавшимся гранитным ступеням, толкнул проржавевшую стальную дверь и прошёл внутрь, сдирая шипами доспехов клочья паутины. Застонал.

«Ничего. Ничего не осталось от той прежней жизни, что когда-то кипела в нашем доме. Лепет Кевина, ровный голос Сал, мой ворчливый бас. Ничего нет. Теперь здесь господствуют грибы, пауки и плесень.